как вы относитесь к кошкам?

Ага.

Зависит от их настроения...Когда хотят меня достать - громко и протяжно...

вооооть каааак!))))))))))))))

Да,примерно так! Вы с ними заодно?

конечно!!!!!!1 я же обожаю котов!

я могла только выслушать.... но к сожалению, я после 7-8 лет устала от нашего общения... меня как будто высасывали морально... да и после определённой ситуации нашей дружбе пришёл конец

Жаль, что мы так друзей теряем.

С вами приятно общаться.

Она любила «Пуазон»В роскошном матовом флаконе…Был сладким ядом напоёнТуман волос и жар ладоней.И Ночь несла над ней венецИз рифм, обмана и печали,Пустынный маленький дворецИ сны, и тайны навещали….Романов пыльных волшебство….Галантный век…Шелка и шпаги…Коварство книжное своёЕй доверяли без утайки.Она пила вишнёвый сокСо льдом, наколотым небрежно.Один-единственный цветокНа кухне цвёл смешно и нежно….Она мечтала о любвиИ страсти полной, и отваги,Но, мимо плыли корабли,Под парусами из бумаги.Меняли шифр её года,Срывая листья с жёлтых клёнов.Она стояла у окнаС эдемским яблоком зелёным…..Скупого дня неверный свет,И горизонт пустой и тонкий….А ночью снился ей рассветИ детский смех простой и звонкий.А я, придуманный герой,Смотрел на мир из книги старой,Её Печаль, Её #ЛюбовьДелил так жарко, без обмана…Не в силах сделать даже шагС моей зачитанной страницыПо-настоящему любилЕё стихи, её ресницы………Был сладким ядом напоёнВесь мир вокруг её ладоней,Она любила «Пуазон»В роскошном матовом флаконе.​

Эдуард АсадовБаллада о ненависти и любви IМетель ревет, как седой исполин,Вторые сутки не утихая,Ревет, как пятьсот самолетных турбин,И нет ей, проклятой, конца и края!Пляшет огромным белым костром,Глушит моторы и гасит фары.В замяти снежной аэродром,Служебные здания и ангары.В прокуренной комнате тусклый свет,Вторые сутки не спит радист.Он ловит, он слушает треск и свист,Все ждут напряженно: жив или нет?Радист кивает: - Пока еще да,Но боль ему не дает распрямиться.А он еще шутит: "Мол, вот бедаЛевая плоскость моя никуда!Скорее всего перелом ключицы..."Где-то буран, ни огня, ни звездыНад местом аварии самолета.Лишь снег заметает обломков следыДа замерзающего пилота.Ищут тракторы день и ночь,Да только впустую. До слез обидно.Разве найти тут, разве помочь -Руки в полуметре от фар не видно?А он понимает, а он и не ждет,Лежа в ложбинке, что станет гробом.Трактор если даже придет,То все равно в двух шагах пройдетИ не заметит его под сугробом.Сейчас любая зазря операция.И все-таки жизнь покуда слышна.Слышна ведь его портативная рацияЧудом каким-то, но спасена.Встать бы, но боль обжигает бок,Теплой крови полон сапог,Она, остывая, смерзается в лед,Снег набивается в нос и рот.Что перебито? Понять нельзя.Но только не двинуться, не шагнуть!Вот и окончен, видать, твой путь!А где-то сынишка, жена, друзья...Где-то комната, свет, тепло...Не надо об этом! В глазах темнеет...Снегом, наверно, на метр замело.Тело сонливо деревенеет...А в шлемофоне звучат слова:- Алло! Ты слышишь? Держись, дружище -Тупо кружится голова...- Алло! Мужайся! Тебя разыщут!..Мужайся? Да что он, пацан или трус?!В каких ведь бывал переделках грозных.- Спасибо... Вас понял... Пока держусь! -А про себя добавляет: "Боюсь,Что будет все, кажется, слишком поздно..."Совсем чугунная голова.Кончаются в рации батареи.Их хватит еще на час или два.Как бревна руки... спина немеет...- Алло!- это, кажется, генерал.-Держитесь, родной, вас найдут, откопают...-Странно: слова звенят, как кристалл,Бьются, стучат, как в броню металл,А в мозг остывший почти не влетают...Чтоб стать вдруг счастливейшим на земле,Как мало, наверное, необходимо:Замерзнув вконец, оказаться в тепле,Где доброе слово да чай на столе,Спирта глоток да затяжка дыма...Опять в шлемофоне шуршит тишина.Потом сквозь метельное завыванье:- Алло! Здесь в рубке твоя жена!Сейчас ты услышишь ее. Вниманье!С минуту гуденье тугой волны,Какие-то шорохи, трески, писки,И вдруг далекий голос жены,До боли знакомый, до жути близкий!- Не знаю, что делать и что сказать.Милый, ты сам ведь отлично знаешь,Что, если даже совсем замерзаешь,Надо выдержать, устоять!Хорошая, светлая, дорогая!Ну как объяснить ей в конце концов,Что он не нарочно же здесь погибает,Что боль даже слабо вздохнуть мешаетИ правде надо смотреть в лицо.- Послушай! Синоптики дали ответ:Буран окончится через сутки.Продержишься? Да?- К сожалению, нет...- Как нет? Да ты не в своем рассудке!Увы, все глуше звучат слова.Развязка, вот она - как ни тяжко.Живет еще только одна голова,А тело - остывшая деревяшка.А голос кричит: - Ты слышишь, ты слышишь?!Держись! Часов через пять рассвет.Ведь ты же живешь еще! Ты же дышишь?!Ну есть ли хоть шанс?- К сожалению, нет...Ни звука. Молчанье. Наверно, плачет.Как трудно последний привет послать!И вдруг: - Раз так, я должна сказать! -Голос резкий, нельзя узнать.Странно. Что это может значить?- Поверь, мне горько тебе говорить.Еще вчера я б от страха скрыла.Но раз ты сказал, что тебе не дожить,То лучше, чтоб после себя не корить,Сказать тебе коротко все, что было.Знай же, что я дрянная женаИ стою любого худого слова.Я вот уже год тебе не вернаИ вот уже год, как люблю другого!О, как я страдала, встречая пламяТвоих горячих восточных глаз. -Он молча слушал ее рассказ,Слушал, может, последний раз,Сухую былинку зажав зубами.- Вот так целый год я лгала, скрывала,Но

))))) в мой дом ни одна кошачья лапа не ступит