Сколько раз, ошибаясь, жалеем потом:
Не прощая других, с непрощеньем живём.
Наступаем на прежние грабли судьбы,
Но мудрее не стали от этого мы.

И по жизни несём этот тягостный грех,
Беспощадно себя закрывая от тех,
В ком узрели причину несчастий своих,
Обижая напрасно своих и чужих.

Раня душу и сердце словесным ножом,
Вдруг, становимся сразу заклятым врагом,
Разрывая без жалости тонкую нить,
Не пытаясь хоть что-то в себе изменить.

Остаёмся с собой совершенно одни,
Не смущаясь, что в эти нелёг

Сколько раз, ошибаясь, жалеем потом: Не прощая других, с непрощеньем живём. Наступаем на прежние грабли судьбы, Но мудрее не стали от этого мы. И по жизни несём этот тягостный грех, Беспощадно себя закрывая от тех, В ком узрели причину несчастий своих, Обижая напрасно своих и чужих. Раня душу и сердце словесным ножом, Вдруг, становимся сразу заклятым врагом, Разрывая без жалости тонкую нить, Не пытаясь хоть что-то в себе изменить. Остаёмся с собой совершенно одни, Не смущаясь, что в эти нелёгкие дни Непрощенье с Гордыней придут на постой, Превращая в кошмар тишину и покой… Для чего так безжалостно жизнь убивать? Берегите себя! И – умейте прощать! Эндрю Фриз

Сколько раз, ошибаясь, жалеем потом: Не прощая других, с непрощеньем живём. Наступаем на прежние грабли судьбы, Но мудрее не стали от этого мы. И по жизни несём этот тягостный грех, Беспощадно себя закрывая от тех, В ком узрели причину несчастий своих, Обижая напрасно своих и чужих. Раня душу и сердце словесным ножом, Вдруг, становимся сразу заклятым врагом, Разрывая без жалости тонкую нить, Не пытаясь хоть что-то в себе изменить. Остаёмся с собой совершенно одни, Не смущаясь, что в эти нелёгкие дни Непрощенье с Гордыней придут на постой, Превращая в кошмар тишину и покой… Для чего так безжалостно жизнь убивать? Берегите себя! И – умейте прощать! Эндрю Фриз