Кроме бархатного мрака
Он не видел ничего,
Упыри да вурдалаки -
Сотоварищи его.
И от нудного безделья,
В окруженьи темноты,
Заливает внутрь зелье
Из кувшинов золотых.
И везде, куда не сунься,
Как картинки на листе,
Всюду пьяные плясуньи -
Украшенье голых стен.
Но не бросить ему якорь
У блаженных берегов.
Упыри да вурдалаки -
Сотоварищи его.
Но не бросить ему якорь
У блаженных берегов.
Упыри да вурдалаки -
Сотоварищи его.
Меня покинул в новолунье
Мой друг любимый. Ну так что ж!
Шутил: «Канатная плясунья!
Как ты до мая доживешь?»
Ему ответила, как брату,
Я, не ревнуя, не ропща,
Но не заменят мне утрату
Четыре новые плаща.
Пусть страшен путь мой, пусть опасен,
Еще страшнее путь тоски...
Как мой китайский зонтик красен,
Натерты мелом башмачки!
Оркестр веселое играет,
И улыбаются уста.
Но сердце знает, сердце знает,
Что ложа пятая пуста!
Меня покинул в новолунье Мой друг любимый. Ну, так что ж! Шутил: «Канатная плясунья! Как ты до мая доживешь?» Ему ответила, как брату, Я, не ревнуя, не ропща, Но не заменят мне утрату Четыре новые плаща.Пусть страшен путь мой, пусть опасен, Еще страшнее путь тоски... Как мой китайский зонтик красен, Натерты мелом башмачки!Оркестр веселое играет, И улыбаются уста. Но сердце знает, сердце знает, Что ложа пятая пуста!Ноябрь 1911 Анна Ахматова "Царственное слово"
"Пусть страшен путь мой, пусть опасен,
Еще страшнее путь тоски
Как мой китайский зонтик красен,
Натерты мелом башмачки!..."
Анна Ахматова "Канатная плясунья"
⇢