Таков был Тотем. В шесть или в семь,
В среду ли в пять — он вышел из дома,
Открыв свой вигвам навстречу ветрам,
Путь свой начав со знакомого склона.
Когда падал снег, он использовал бег,
Если шел дождь, снимал макасины.
Он шел лишь вперед, а где они, что ждет —
Так ли уж важно в двадцать лет с половиной?
Он был рожден, чтобы бежать,
В ночь не помню когда, не помню с какой
двешкой был я один. Девушка строгой была.
Ночью одни и строга! (с)
Девочки бывают разные,
Черные, белые, красные,
Но всем одинаково хочется,
На что-нибудь заморочиться.
Из Вагантов, может вспомпите Тухманова "По волне моей памяти".
Выше и выше тяну, вот уж открылся пушок...
Жиды на наших девочек глядят, Гноят в подвалах наши ассигнации, Пьют нашу водку, русский хлеб едят И защищают наши диссертации
Ну да. Забирайте свои мандулации...
Сегодня мир богаче и новей, Но, я боюсь, не многого мы стоим, Коль жены нам рожают сыновей, Что говорят и думают как ГОИМ. Ты виноват пред каждым стариком, Что сам невольно ветвь родную пилишь, Оплакивая русским языком Уходы тех, кто говорил на ИДИШ....
МАЙН ГОТ, опять кружится голова. Ты снова в талесе фигуру деда видишь, Опять тебя преследуют слова На сладостном полузабытом ИДИШ. Опять приходит к деду тот старик, Картинно отразясь в буфетных дверцах, Чтоб с дедом пять минут поговорить, Потолковать ВОС МАХЦАХ УН ВОС ГЭРЦАХ. Те пять минут мой слух не обминут, Хоть разговор не для меня затеян, Ведь старики ежовщину клянут АФ ИДИШ, ЗОЛ ДЭР ИНГЛ НИТ ФЭРШТЭЕН. Старик принес в граненой стопке мед. Я слышал, что он сладок и целебен. Он для меня: Ребенок ведь растет, На тот год в школу, ЛОМИР НОР ДЭРЛЭБН. ИН УНЗЕР ШТУБ (три-на-три, но паркет!) Весь мир семьи, огромен и укромен, А на стене мой будущий портрет - Отец, ВОС НИТ ГЭКУМЭН ФУН МИЛХОМЭ. Пусть эти годы страшно далеки, Но в памяти они до боли резки: Библейские там бродят старики И нас, сирот, ласкают по-еврейски. Сегодня мир богаче и новей, Но, я боюсь, не многого мы стоим, Коль жены нам рожают сыновей, Что говорят и думают как ГОИМ. Ты виноват пред каждым стариком, Что сам невольно ветвь родную пилишь, Оплакивая русским языком Уходы тех, кто говорил на ИДИШ. Мы все уйдем. Ведь, сколько ни ершись, Любой из нас и уязвим и бренен, Но сволочей, им сокративших жизнь, Пока живем, мы помним, ЗОЛН ЗЭЙ БРЭНЭН!
Почему запад считает нас всех рускими и хохлов и белорусов сейчас наблюдают как грыземся и смеются над нами а когда совсем ослабеем тотальное уничтожение и хохлов и русских и белорусов это уже обсуждается
вырос я в СССР
Любое государство - насилие.
Вы заблуждаетесь. Демократическое государство для людей и во имя людей
Думайте как Вам угодно, но я останусь при своём мнении.
кто такие у Вас русские
Вы не знаете? Посмотрите энциклопедию
нет не знаю
Интернет в помощь, тётенька
не умничайте и не путайте россиян с руськими
Хорошо! Буду глупничать и больше не буду путать Гоголя с Гегелем, Бабеля с Бебелем, а Кобеля с сукой
удачи
