Кто убил патриарха Алексея II

Дмитрий Медведев - галахтический еврей, его мать Юлия Вениаминовна 100% еврейка была учителем словесности в Педагогическом институте имени Герцена, жена Светлана в девичестве Линник тоже еврейка. Как известно у евреев национальность детей определяется по матери, так что перед нами 100% еврей Медведев. Как также также стало известно от информационного издания Стрингер, ранее биография Медведева отличалась от сегодняшней, а именно этим: Настоящая фамилия отца Медведева: Давид Ааронович Мендель. Родился 14 сентября 1965 в Ленинграде в «простой» семье, по паспорту русский. Отец — Аарон Абрамович Мендель, профессор, по паспорту русский. Мать — Циля Виниаминовна, филолог, по паспорту еврейка. Это первоначальные имена от рождения. Отметим, что сокрытие еврейского происхождения Давида Аароновича Менделя («Дмитрия Анатольевича Медведева») чекистскими СМИ России является грубейшим проявлением самого махрового, оголтелого государственного антисемитизма, как будто в еврействе есть что-то позорное, что нужно скрывать.

Ой извиняюсь файлики перепутал.

Официальная версия состояла в том, что причиной смерти стал сердечный приступ. Хотя в первые часы был даже не-от-Церкви исходивший слух об автокатастрофе ("В Московской патриархии опровергли появившиеся слухи о том, будто причиной кончины патриарха Московского и всея Руси Алексия II стала произошедшая накануне автоавария» - Рос. Газета 8 дек 2008). Отчасти верно первое, совсем неверно второе (хотя и понятна причина появления такого слуха). Как таковой сердечный приступ не убил бы патриарха. Просто случился он в максимально неудобных для помощи обстоятельствах. Возможно, что приступа не было вообще. Просто пожилой человек при каком-то повороте или резком движении на секунду утратил координацию движений – и упал. Но, падая, затылком ударился об угол стула. И этот угол перебил вену. Патриарх пришел в сознание. Пробовал встать - на стенах кровавые следы от его рук (это важно с религиозной точки зрения: значит, кончина Патриарха не была мгновенной и у него было время не только для последней борьбы за жизнь, но и для осознания неизбежности предстоящего последнего Перехода и подготовки к нему). Даже и при такой травме его можно было бы спасти. Если бы хоть кто-то знал, что ему нужна помощь. Но дело было во внутренних покоях Патриарха, которые он на ночь сам изнутри запирал на ключ. Двери двойные, шумоизоляция от остального здания, где, суетясь, хлопочут монахини, полная. Стоны Патриарха никто не расслышал. Ключей от его покоев не было даже у охраны. Патриарх накануне вечером заказал завтрак на 8 утра. Когда и в половине девятого он не вышел, начали тревожиться. Стуки, звонки не давали ответа. Стали заглядывать в окна (без особой надежды – окна были не во всех патриарших покоях). И все же через окошко ванной комнаты (для того, чтобы заглянуть в него, пришлось подползти к краю крыши) увидели его лежащим. Дверь взломали. Но тело уже остывало. Лебедкин Евгений Стул туалетный убил Патриарха причем по голове

хорошо Спасибо за приглашение

Официальная версия состояла в том, что причиной смерти стал сердечный приступ. Хотя в первые часы был даже не-от-Церкви исходивший слух об автокатастрофе ("В Московской патриархии опровергли появившиеся слухи о том, будто причиной кончины патриарха Московского и всея Руси Алексия II стала произошедшая накануне автоавария» - Рос. Газета 8 дек 2008). Отчасти верно первое, совсем неверно второе (хотя и понятна причина появления такого слуха). Как таковой сердечный приступ не убил бы патриарха. Просто случился он в максимально неудобных для помощи обстоятельствах. Возможно, что приступа не было вообще. Просто пожилой человек при каком-то повороте или резком движении на секунду утратил координацию движений – и упал. Но, падая, затылком ударился об угол стула. И этот угол перебил вену. Патриарх пришел в сознание. Пробовал встать - на стенах кровавые следы от его рук (это важно с религиозной точки зрения: значит, кончина Патриарха не была мгновенной и у него было время не только для последней борьбы за жизнь, но и для осознания неизбежности предстоящего последнего Перехода и подготовки к нему). Даже и при такой травме его можно было бы спасти. Если бы хоть кто-то знал, что ему нужна помощь. Но дело было во внутренних покоях Патриарха, которые он на ночь сам изнутри запирал на ключ. Двери двойные, шумоизоляция от остального здания, где, суетясь, хлопочут монахини, полная. Стоны Патриарха никто не расслышал. Ключей от его покоев не было даже у охраны. Патриарх накануне вечером заказал завтрак на 8 утра. Когда и в половине девятого он не вышел, начали тревожиться. Стуки, звонки не давали ответа. Стали заглядывать в окна (без особой надежды – окна были не во всех патриарших покоях). И все же через окошко ванной комнаты (для того, чтобы заглянуть в него, пришлось подползти к краю крыши) увидели его лежащим. Дверь взломали. Но тело уже остывало.

Стул туалетный убил Патриарха причем по голове

было бы прикольно если бы он в туалете утонул,хотя стул тоже ничего)

Он есть всегда и он тебя любит.

я не вставала, много чести для тебя

Вы внимательный слушатель.

фициальная версия состояла в том, что причиной смерти стал сердечный приступ. Хотя в первые часы был даже не-от-Церкви исходивший слух об автокатастрофе ("В Московской патриархии опровергли появившиеся слухи о том, будто причиной кончины патриарха Московского и всея Руси Алексия II стала произошедшая накануне автоавария» - Рос. Газета 8 дек 2008). Отчасти верно первое, совсем неверно второе (хотя и понятна причина появления такого слуха). Как таковой сердечный приступ не убил бы патриарха. Просто случился он в максимально неудобных для помощи обстоятельствах. Возможно, что приступа не было вообще. Просто пожилой человек при каком-то повороте или резком движении на секунду утратил координацию движений – и упал. Но, падая, затылком ударился об угол стула. И этот угол перебил вену. Патриарх пришел в сознание. Пробовал встать - на стенах кровавые следы от его рук (это важно с религиозной точки зрения: значит, кончина Патриарха не была мгновенной и у него было время не только для последней борьбы за жизнь, но и для осознания неизбежности предстоящего последнего Перехода и подготовки к нему). Даже и при такой травме его можно было бы спасти. Если бы хоть кто-то знал, что ему нужна помощь. Но дело было во внутренних покоях Патриарха, которые он на ночь сам изнутри запирал на ключ. Двери двойные, шумоизоляция от остального здания, где, суетясь, хлопочут монахини, полная. Стоны Патриарха никто не расслышал. Ключей от его покоев не было даже у охраны. Патриарх накануне вечером заказал завтрак на 8 утра. Когда и в половине девятого он не вышел, начали тревожиться. Стуки, звонки не давали ответа. Стали заглядывать в окна (без особой надежды – окна были не во всех патриарших покоях). И все же через окошко ванной комнаты (для того, чтобы заглянуть в него, пришлось подползти к краю крыши) увидели его лежащим. Дверь взломали. Но тело уже остывало.

Стул туалетный убил Патриарха причем три раза по голове

Официальная версия состояла в том, что причиной смерти стал сердечный приступ. Хотя в первые часы был даже не-от-Церкви исходивший слух об автокатастрофе ("В Московской патриархии опровергли появившиеся слухи о том, будто причиной кончины патриарха Московского и всея Руси Алексия II стала произошедшая накануне автоавария» - Рос. Газета 8 дек 2008). Отчасти верно первое, совсем неверно второе (хотя и понятна причина появления такого слуха). Как таковой сердечный приступ не убил бы патриарха. Просто случился он в максимально неудобных для помощи обстоятельствах. Возможно, что приступа не было вообще. Просто пожилой человек при каком-то повороте или резком движении на секунду утратил координацию движений – и упал. Но, падая, затылком ударился об угол стула. И этот угол перебил вену. Патриарх пришел в сознание. Пробовал встать - на стенах кровавые следы от его рук (это важно с религиозной точки зрения: значит, кончина Патриарха не была мгновенной и у него было время не только для последней борьбы за жизнь, но и для осознания неизбежности предстоящего последнего Перехода и подготовки к нему). Даже и при такой травме его можно было бы спасти. Если бы хоть кто-то знал, что ему нужна помощь. Но дело было во внутренних покоях Патриарха, которые он на ночь сам изнутри запирал на ключ. Двери двойные, шумоизоляция от остального здания, где, суетясь, хлопочут монахини, полная. Стоны Патриарха никто не расслышал. Ключей от его покоев не было даже у охраны. Патриарх накануне вечером заказал завтрак на 8 утра. Когда и в половине девятого он не вышел, начали тревожиться. Стуки, звонки не давали ответа. Стали заглядывать в окна (без особой надежды – окна были не во всех патриарших покоях). И все же через окошко ванной комнаты (для того, чтобы заглянуть в него, пришлось подползти к краю крыши) увидели его лежащим. Дверь взломали. Но тело уже остывало. Лебедкин Евгений Стул туалетный убил Патриарха причем по голове

Стул туалетный убил Патриарха причем по голове

Официальная версия состояла в том, что причиной смерти стал сердечный приступ. Хотя в первые часы был даже не-от-Церкви исходивший слух об автокатастрофе ("В Московской патриархии опровергли появившиеся слухи о том, будто причиной кончины патриарха Московского и всея Руси Алексия II стала произошедшая накануне автоавария» - Рос. Газета 8 дек 2008). Отчасти верно первое, совсем неверно второе (хотя и понятна причина появления такого слуха). Как таковой сердечный приступ не убил бы патриарха. Просто случился он в максимально неудобных для помощи обстоятельствах. Возможно, что приступа не было вообще. Просто пожилой человек при каком-то повороте или резком движении на секунду утратил координацию движений – и упал. Но, падая, затылком ударился об угол стула. И этот угол перебил вену. Патриарх пришел в сознание. Пробовал встать - на стенах кровавые следы от его рук (это важно с религиозной точки зрения: значит, кончина Патриарха не была мгновенной и у него было время не только для последней борьбы за жизнь, но и для осознания неизбежности предстоящего последнего Перехода и подготовки к нему). Даже и при такой травме его можно было бы спасти. Если бы хоть кто-то знал, что ему нужна помощь. Но дело было во внутренних покоях Патриарха, которые он на ночь сам изнутри запирал на ключ. Двери двойные, шумоизоляция от остального здания, где, суетясь, хлопочут монахини, полная. Стоны Патриарха никто не расслышал. Ключей от его покоев не было даже у охраны. Патриарх накануне вечером заказал завтрак на 8 утра. Когда и в половине девятого он не вышел, начали тревожиться. Стуки, звонки не давали ответа. Стали заглядывать в окна (без особой надежды – окна были не во всех патриарших покоях). И все же через окошко ванной комнаты (для того, чтобы заглянуть в него, пришлось подползти к краю крыши) увидели его лежащим. Дверь взломали. Но тело уже остывало.

Самая короткая война - это вторая мировая, началась 1 сентября с нападением Германии на Польшу, и закончилась 2 сентября когда капитулировала Япония....

Ой извиняюсь файлики перепутал.

Да ничего, случается, а вот информация об убийстве - очень интересная

Официальная версия состояла в том, что причиной смерти стал сердечный приступ. Хотя в первые часы был даже не-от-Церкви исходивший слух об автокатастрофе ("В Московской патриархии опровергли появившиеся слухи о том, будто причиной кончины патриарха Московского и всея Руси Алексия II стала произошедшая накануне автоавария» - Рос. Газета 8 дек 2008). Отчасти верно первое, совсем неверно второе (хотя и понятна причина появления такого слуха). Как таковой сердечный приступ не убил бы патриарха. Просто случился он в максимально неудобных для помощи обстоятельствах. Возможно, что приступа не было вообще. Просто пожилой человек при каком-то повороте или резком движении на секунду утратил координацию движений – и упал. Но, падая, затылком ударился об угол стула. И этот угол перебил вену. Патриарх пришел в сознание. Пробовал встать - на стенах кровавые следы от его рук (это важно с религиозной точки зрения: значит, кончина Патриарха не была мгновенной и у него было время не только для последней борьбы за жизнь, но и для осознания неизбежности предстоящего последнего Перехода и подготовки к нему). Даже и при такой травме его можно было бы спасти. Если бы хоть кто-то знал, что ему нужна помощь. Но дело было во внутренних покоях Патриарха, которые он на ночь сам изнутри запирал на ключ. Двери двойные, шумоизоляция от остального здания, где, суетясь, хлопочут монахини, полная. Стоны Патриарха никто не расслышал. Ключей от его покоев не было даже у охраны. Патриарх накануне вечером заказал завтрак на 8 утра. Когда и в половине девятого он не вышел, начали тревожиться. Стуки, звонки не давали ответа. Стали заглядывать в окна (без особой надежды – окна были не во всех патриарших покоях). И все же через окошко ванной комнаты (для того, чтобы заглянуть в него, пришлось подползти к краю крыши) увидели его лежащим. Дверь взломали. Но тело уже остывало.

Официальная версия состояла в том, что причиной смерти стал сердечный приступ. Хотя в первые часы был даже не-от-Церкви исходивший слух об автокатастрофе ("В Московской патриархии опровергли появившиеся слухи о том, будто причиной кончины патриарха Московского и всея Руси Алексия II стала произошедшая накануне автоавария» - Рос. Газета 8 дек 2008). Отчасти верно первое, совсем неверно второе (хотя и понятна причина появления такого слуха). Как таковой сердечный приступ не убил бы патриарха. Просто случился он в максимально неудобных для помощи обстоятельствах. Возможно, что приступа не было вообще. Просто пожилой человек при каком-то повороте или резком движении на секунду утратил координацию движений – и упал. Но, падая, затылком ударился об угол стула. И этот угол перебил вену. Патриарх пришел в сознание. Пробовал встать - на стенах кровавые следы от его рук (это важно с религиозной точки зрения: значит, кончина Патриарха не была мгновенной и у него было время не только для последней борьбы за жизнь, но и для осознания неизбежности предстоящего последнего Перехода и подготовки к нему). Даже и при такой травме его можно было бы спасти. Если бы хоть кто-то знал, что ему нужна помощь. Но дело было во внутренних покоях Патриарха, которые он на ночь сам изнутри запирал на ключ. Двери двойные, шумоизоляция от остального здания, где, суетясь, хлопочут монахини, полная. Стоны Патриарха никто не расслышал. Ключей от его покоев не было даже у охраны. Патриарх накануне вечером заказал завтрак на 8 утра. Когда и в половине девятого он не вышел, начали тревожиться. Стуки, звонки не давали ответа. Стали заглядывать в окна (без особой надежды – окна были не во всех патриарших покоях). И все же через окошко ванной комнаты (для того, чтобы заглянуть в него, пришлось подползти к краю крыши) увидели его лежащим. Дверь взломали. Но тело уже остывало.

Стул туалетный убил Патриарха причем по голове

Официальная версия состояла в том, что причиной смерти стал сердечный приступ. Хотя в первые часы был даже не-от-Церкви исходивший слух об автокатастрофе ("В Московской патриархии опровергли появившиеся слухи о том, будто причиной кончины патриарха Московского и всея Руси Алексия II стала произошедшая накануне автоавария» - Рос. Газета 8 дек 2008). Отчасти верно первое, совсем неверно второе (хотя и понятна причина появления такого слуха). Как таковой сердечный приступ не убил бы патриарха. Просто случился он в максимально неудобных для помощи обстоятельствах. Возможно, что приступа не было вообще. Просто пожилой человек при каком-то повороте или резком движении на секунду утратил координацию движений – и упал. Но, падая, затылком ударился об угол стула. И этот угол перебил вену. Патриарх пришел в сознание. Пробовал встать - на стенах кровавые следы от его рук (это важно с религиозной точки зрения: значит, кончина Патриарха не была мгновенной и у него было время не только для последней борьбы за жизнь, но и для осознания неизбежности предстоящего последнего Перехода и подготовки к нему). Даже и при такой травме его можно было бы спасти. Если бы хоть кто-то знал, что ему нужна помощь. Но дело было во внутренних покоях Патриарха, которые он на ночь сам изнутри запирал на ключ. Двери двойные, шумоизоляция от остального здания, где, суетясь, хлопочут монахини, полная. Стоны Патриарха никто не расслышал. Ключей от его покоев не было даже у охраны. Патриарх накануне вечером заказал завтрак на 8 утра. Когда и в половине девятого он не вышел, начали тревожиться. Стуки, звонки не давали ответа. Стали заглядывать в окна (без особой надежды – окна были не во всех патриарших покоях). И все же через окошко ванной комнаты (для того, чтобы заглянуть в него, пришлось подползти к краю крыши) увидели его лежащим. Дверь взломали. Но тело уже остывало. Лебедкин Евгений Стул туалетный убил Патриарха причем по голове

Официальная версия состояла в том, что причиной смерти стал сердечный приступ. Хотя в первые часы был даже не-от-Церкви исходивший слух об автокатастрофе ("В Московской патриархии опровергли появившиеся слухи о том, будто причиной кончины патриарха Московского и всея Руси Алексия II стала произошедшая накануне автоавария» - Рос. Газета 8 дек 2008). Отчасти верно первое, совсем неверно второе (хотя и понятна причина появления такого слуха). Как таковой сердечный приступ не убил бы патриарха. Просто случился он в максимально неудобных для помощи обстоятельствах. Возможно, что приступа не было вообще. Просто пожилой человек при каком-то повороте или резком движении на секунду утратил координацию движений – и упал. Но, падая, затылком ударился об угол стула. И этот угол перебил вену. Патриарх пришел в сознание. Пробовал встать - на стенах кровавые следы от его рук (это важно с религиозной точки зрения: значит, кончина Патриарха не была мгновенной и у него было время не только для последней борьбы за жизнь, но и для осознания неизбежности предстоящего последнего Перехода и подготовки к нему). Даже и при такой травме его можно было бы спасти. Если бы хоть кто-то знал, что ему нужна помощь. Но дело было во внутренних покоях Патриарха, которые он на ночь сам изнутри запирал на ключ. Двери двойные, шумоизоляция от остального здания, где, суетясь, хлопочут монахини, полная. Стоны Патриарха никто не расслышал. Ключей от его покоев не было даже у охраны. Патриарх накануне вечером заказал завтрак на 8 утра. Когда и в половине девятого он не вышел, начали тревожиться. Стуки, звонки не давали ответа. Стали заглядывать в окна (без особой надежды – окна были не во всех патриарших покоях). И все же через окошко ванной комнаты (для того, чтобы заглянуть в него, пришлось подползти к краю крыши) увидели его лежащим. Дверь взломали. Но тело уже остывало.

Официальная версия состояла в том, что причиной смерти стал сердечный приступ. Хотя в первые часы был даже не-от-Церкви исходивший слух об автокатастрофе ("В Московской патриархии опровергли появившиеся слухи о том, будто причиной кончины патриарха Московского и всея Руси Алексия II стала произошедшая накануне автоавария» - Рос. Газета 8 дек 2008). Отчасти верно первое, совсем неверно второе (хотя и понятна причина появления такого слуха). Как таковой сердечный приступ не убил бы патриарха. Просто случился он в максимально неудобных для помощи обстоятельствах. Возможно, что приступа не было вообще. Просто пожилой человек при каком-то повороте или резком движении на секунду утратил координацию движений – и упал. Но, падая, затылком ударился об угол стула. И этот угол перебил вену. Патриарх пришел в сознание. Пробовал встать - на стенах кровавые следы от его рук (это важно с религиозной точки зрения: значит, кончина Патриарха не была мгновенной и у него было время не только для последней борьбы за жизнь, но и для осознания неизбежности предстоящего последнего Перехода и подготовки к нему). Даже и при такой травме его можно было бы спасти. Если бы хоть кто-то знал, что ему нужна помощь. Но дело было во внутренних покоях Патриарха, которые он на ночь сам изнутри запирал на ключ. Двери двойные, шумоизоляция от остального здания, где, суетясь, хлопочут монахини, полная. Стоны Патриарха никто не расслышал. Ключей от его покоев не было даже у охраны. Патриарх накануне вечером заказал завтрак на 8 утра. Когда и в половине девятого он не вышел, начали тревожиться. Стуки, звонки не давали ответа. Стали заглядывать в окна (без особой надежды – окна были не во всех патриарших покоях). И все же через окошко ванной комнаты (для того, чтобы заглянуть в него, пришлось подползти к краю крыши) увидели его лежащим. Дверь взломали. Но тело уже остывало.

Стул туалетный убил Патриарха причем по голове

Официальная версия состояла в том, что причиной смерти стал сердечный приступ. Хотя в первые часы был даже не-от-Церкви исходивший слух об автокатастрофе ("В Московской патриархии опровергли появившиеся слухи о том, будто причиной кончины патриарха Московского и всея Руси Алексия II стала произошедшая накануне автоавария» - Рос. Газета 8 дек 2008). Отчасти верно первое, совсем неверно второе (хотя и понятна причина появления такого слуха). Как таковой сердечный приступ не убил бы патриарха. Просто случился он в максимально неудобных для помощи обстоятельствах. Возможно, что приступа не было вообще. Просто пожилой человек при каком-то повороте или резком движении на секунду утратил координацию движений – и упал. Но, падая, затылком ударился об угол стула. И этот угол перебил вену. Патриарх пришел в сознание. Пробовал встать - на стенах кровавые следы от его рук (это важно с религиозной точки зрения: значит, кончина Патриарха не была мгновенной и у него было время не только для последней борьбы за жизнь, но и для осознания неизбежности предстоящего последнего Перехода и подготовки к нему). Даже и при такой травме его можно было бы спасти. Если бы хоть кто-то знал, что ему нужна помощь. Но дело было во внутренних покоях Патриарха, которые он на ночь сам изнутри запирал на ключ. Двери двойные, шумоизоляция от остального здания, где, суетясь, хлопочут монахини, полная. Стоны Патриарха никто не расслышал. Ключей от его покоев не было даже у охраны. Патриарх накануне вечером заказал завтрак на 8 утра. Когда и в половине девятого он не вышел, начали тревожиться. Стуки, звонки не давали ответа. Стали заглядывать в окна (без особой надежды – окна были не во всех патриарших покоях). И все же через окошко ванной комнаты (для того, чтобы заглянуть в него, пришлось подползти к краю крыши) увидели его лежащим. Дверь взломали. Но тело уже остывало.

Стул туалетный убил Патриарха причем по голове

Официальная версия состояла в том, что причиной смерти стал сердечный приступ. Хотя в первые часы был даже не-от-Церкви исходивший слух об автокатастрофе ("В Московской патриархии опровергли появившиеся слухи о том, будто причиной кончины патриарха Московского и всея Руси Алексия II стала произошедшая накануне автоавария» - Рос. Газета 8 дек 2008). Отчасти верно первое, совсем неверно второе (хотя и понятна причина появления такого слуха). Как таковой сердечный приступ не убил бы патриарха. Просто случился он в максимально неудобных для помощи обстоятельствах. Возможно, что приступа не было вообще. Просто пожилой человек при каком-то повороте или резком движении на секунду утратил координацию движений – и упал. Но, падая, затылком ударился об угол стула. И этот угол перебил вену. Патриарх пришел в сознание. Пробовал встать - на стенах кровавые следы от его рук (это важно с религиозной точки зрения: значит, кончина Патриарха не была мгновенной и у него было время не только для последней борьбы за жизнь, но и для осознания неизбежности предстоящего последнего Перехода и подготовки к нему). Даже и при такой травме его можно было бы спасти. Если бы хоть кто-то знал, что ему нужна помощь. Но дело было во внутренних покоях Патриарха, которые он на ночь сам изнутри запирал на ключ. Двери двойные, шумоизоляция от остального здания, где, суетясь, хлопочут монахини, полная. Стоны Патриарха никто не расслышал. Ключей от его покоев не было даже у охраны. Патриарх накануне вечером заказал завтрак на 8 утра. Когда и в половине девятого он не вышел, начали тревожиться. Стуки, звонки не давали ответа. Стали заглядывать в окна (без особой надежды – окна были не во всех патриарших покоях). И все же через окошко ванной комнаты (для того, чтобы заглянуть в него, пришлось подползти к краю крыши) увидели его лежащим. Дверь взломали. Но тело уже остывало.

Стул туалетный убил Патриарха причем по голове

Официальная версия состояла в том, что причиной смерти стал сердечный приступ. Хотя в первые часы был даже не-от-Церкви исходивший слух об автокатастрофе ("В Московской патриархии опровергли появившиеся слухи о том, будто причиной кончины патриарха Московского и всея Руси Алексия II стала произошедшая накануне автоавария» - Рос. Газета 8 дек 2008). Отчасти верно первое, совсем неверно второе (хотя и понятна причина появления такого слуха). Как таковой сердечный приступ не убил бы патриарха. Просто случился он в максимально неудобных для помощи обстоятельствах. Возможно, что приступа не было вообще. Просто пожилой человек при каком-то повороте или резком движении на секунду утратил координацию движений – и упал. Но, падая, затылком ударился об угол стула. И этот угол перебил вену. Патриарх пришел в сознание. Пробовал встать - на стенах кровавые следы от его рук (это важно с религиозной точки зрения: значит, кончина Патриарха не была мгновенной и у него было время не только для последней борьбы за жизнь, но и для осознания неизбежности предстоящего последнего Перехода и подготовки к нему). Даже и при такой травме его можно было бы спасти. Если бы хоть кто-то знал, что ему нужна помощь. Но дело было во внутренних покоях Патриарха, которые он на ночь сам изнутри запирал на ключ. Двери двойные, шумоизоляция от остального здания, где, суетясь, хлопочут монахини, полная. Стоны Патриарха никто не расслышал. Ключей от его покоев не было даже у охраны. Патриарх накануне вечером заказал завтрак на 8 утра. Когда и в половине девятого он не вышел, начали тревожиться. Стуки, звонки не давали ответа. Стали заглядывать в окна (без особой надежды – окна были не во всех патриарших покоях). И все же через окошко ванной комнаты (для того, чтобы заглянуть в него, пришлось подползти к краю крыши) увидели его лежащим. Дверь взломали. Но тело уже остывало.

Стул туалетный убил Патриарха причем по голове Лебедкин Евгений Официальная версия состояла в том, что причиной смерти стал сердечный приступ. Хотя в первые часы был даже не-от-Церкви исходивший слух об автокатастрофе ("В Московской патриархии опровергли появившиеся слухи о том, будто причиной кончины патриарха Московского и всея Руси Алексия II стала произошедшая накануне автоавария» - Рос. Газета 8 дек 2008). Отчасти верно первое, совсем неверно второе (хотя и понятна причина появления такого слуха). Как таковой сердечный приступ не убил бы патриарха. Просто случился он в максимально неудобных для помощи обстоятельствах. Возможно, что приступа не было вообще. Просто пожилой человек при каком-то повороте или резком движении на секунду утратил координацию движений – и упал. Но, падая, затылком ударился об угол стула. И этот угол перебил вену. Патриарх пришел в сознание. Пробовал встать - на стенах кровавые следы от его рук (это важно с религиозной точки зрения: значит, кончина Патриарха не была мгновенной и у него было время не только для последней борьбы за жизнь, но и для осознания неизбежности предстоящего последнего Перехода и подготовки к нему). Даже и при такой травме его можно было бы спасти. Если бы хоть кто-то знал, что ему нужна помощь. Но дело было во внутренних покоях Патриарха, которые он на ночь сам изнутри запирал на ключ. Двери двойные, шумоизоляция от остального здания, где, суетясь, хлопочут монахини, полная. Стоны Патриарха никто не расслышал. Ключей от его покоев не было даже у охраны. Патриарх накануне вечером заказал завтрак на 8 утра. Когда и в половине девятого он не вышел, начали тревожиться. Стуки, звонки не давали ответа. Стали заглядывать в окна (без особой надежды – окна были не во всех патриарших покоях). И все же через окошко ванной комнаты (для того, чтобы заглянуть в него, пришлось подползти к краю

Озвученное мной, цитата Дьякона Кураева.Официальный ответ РПЦ МП

Официальная версия состояла в том, что причиной смерти стал сердечный приступ. Хотя в первые часы был даже не-от-Церкви исходивший слух об автокатастрофе ("В Московской патриархии опровергли появившиеся слухи о том, будто причиной кончины патриарха Московского и всея Руси Алексия II стала произошедшая накануне автоавария» - Рос. Газета 8 дек 2008). Отчасти верно первое, совсем неверно второе (хотя и понятна причина появления такого слуха). Как таковой сердечный приступ не убил бы патриарха. Просто случился он в максимально неудобных для помощи обстоятельствах. Возможно, что приступа не было вообще. Просто пожилой человек при каком-то повороте или резком движении на секунду утратил координацию движений – и упал. Но, падая, затылком ударился об угол стула. И этот угол перебил вену. Патриарх пришел в сознание. Пробовал встать - на стенах кровавые следы от его рук (это важно с религиозной точки зрения: значит, кончина Патриарха не была мгновенной и у него было время не только для последней борьбы за жизнь, но и для осознания неизбежности предстоящего последнего Перехода и подготовки к нему). Даже и при такой травме его можно было бы спасти. Если бы хоть кто-то знал, что ему нужна помощь. Но дело было во внутренних покоях Патриарха, которые он на ночь сам изнутри запирал на ключ. Двери двойные, шумоизоляция от остального здания, где, суетясь, хлопочут монахини, полная. Стоны Патриарха никто не расслышал. Ключей от его покоев не было даже у охраны. Патриарх накануне вечером заказал завтрак на 8 утра. Когда и в половине девятого он не вышел, начали тревожиться. Стуки, звонки не давали ответа. Стали заглядывать в окна (без особой надежды – окна были не во всех патриарших покоях). И все же через окошко ванной комнаты (для того, чтобы заглянуть в него, пришлось подползти к краю крыши) увидели его лежащим. Дверь взломали. Но тело уже остывало.

Стул туалетный убил Патриарха причем по голове