Так чтобы перевернула - нет. А вот, которые навсегда запомнились есть. Люблю красивый язык, это в основном классика. Очень люблю А. Грина. И Алые паруса, и красивейшие и по языку, и по сюжету рассказы.
1. Милорад Павич. Хазарский словарь. - Философия и размышления. 2.Сергей Довлатов. Весь. - Юмор 3.Фредерик Бегбедер. Окна в мир. Драма о трагедии в Нью Йорке 9/11
Окна в Мир это какой жанр? Довлатова всего читала.
Это драма о последних минутах перед обрушением башен в нью Йорке в результате теракта 11.09.2001 от первого лица. Очень мощная книга.
Нет, не поэтому. Я там ещё не был. Скорее мне понравился Бегбедер. Первое что у него прочитал - 99 франков. Потом любовь живёт три года, ну а потом и эта попалась. И вот она произвела неизгладимое впечатление
Любовь живет три года читала. Там главную героиню вали Алиса)
Хотя это довольно распространенное имя в литературе)
я читала книгу недавно, Синдром Алисы называется
читал я правила админа и удивлялся каждый раз вот незадача то какая все баны сразу против нас .

Евгений Гуляковский. "Чужие пространства". Но это было давно. Сейчас я ее читать не смог бы.
Написано хорошо, книга интересная, за душу берет... Но герой довольно пафосный (а я перестал любить пафос) и не все тезисы книги мне нравятся.
Там был тезис (про главного героя) "Он научился ждать так, как будто у него впереди была вечность". Это очень вредный тезис. Тезисы о самопожертвовании. По-моему, то, что требует жертв, этих жертв не стоит...
Ну и так далее...
Он научился ждать так, как будто у него впереди была вечность" многие люди у нам так живут , а потом годам к 50 понимают, что жизнь то прошла, а ничего нет и никого нет рядом
Потому что их с детства все приучают, что ничего не бывает сразу, надо ждать. И эту заразу "ждать" вытравить очень тяжело. А потом "Я жду" становится маскировкой лени и нежелания что-либо думать и делать.
Все чего -то ждут, какого-то момента, случая, повода, мужчину, женщину, ждут повода , когда уже можно достать сервиз из серванта, ведь без повода то нельзя его доставать))). И не понимают, что надо жить сейчас
Верно. Все ждут пинка. Внешнего фактора, от которого будет понятно: пора! А без пинка просто сидят на кухне и молча ждут, что вдуг все станет лучше.
Ваша правда.
.. старая книга о здоровой и вкусной пище .. какие там картинки и рецепты ! 
"Мужчина и женщина. Психология отношений." Не помню автора, к сожалению...
И как впечатления?..
Ну это понятно. Но эмоции любая книга вызывает...
Чтоб перевернула...такой наверное нет...а вот оставили след многие
ну назовите одну. может я тоже прочту
)))Ну мне нравятся произведения Майн Рида))много интересного...можно даже использовать в жизни)например
"Межзвёздный скиталец" Джек Лондон.
"История военного искусства"
Майн Рид Всадник Без Головы
алиса книга лермонтова
ну как называется стих, хотя бы один
белая береза под моим окном
и чем же перевернул этот стих вашу жизнь?
Трилогия желаний
Теодор Драйзер
Финансовые рынки и человеческую сущность
Художественное пособие )
Никто. Сам решил почитать
Конечно. Заставила думать иначе
душа "Одиночки"
Аннотация
3828 год.
Зловещее наследие галактической войны — искусственный разум, известный, как «Пакет программ независимого поведения «Одиночка». Многие годы данная киберсистема считалась жутким порождением запредельных военных технологий. Однако когда в прямом нейросенсорном контакте с киберсистемой находится человек, возникает двусторонняя связь и часть личности пилота остается на искусственном носителе... даже после его смерти.
Ливадный)
За три месяца до капитуляции военно-космических сил Земного Альянса. База «Гамма» Сортировка по проекту «Линия огня».
Бой.
Техногенный ад.
Апокалипсис, в прочтении двадцать седьмого века от Рождества Христова.
Лазурное небо над головой.
Черные, растущие на глазах точки.
Шлейф дыма, отнесенный в сторону взрывной волной.
Секунда гложущего разум страха, который тает, по мере приближения звена «Гепардов».
– Уклоняйся! Дуглас, уклоняйся! Они атакуют, передаю вектор…
Две серв-машины в окружении взвода андроидов, – стандартная мобильная боевая единица Альянса.
Город, превращенный в дымящиеся руины, остовы боевых машин, чадно догорающих меж иззубренных стен зданий… Рваная тишина в коммуникаторе, удары сердца, которые, как кажется, слышны на несущей частоте связи.
– Хорошо, майор, отлично… Работаю на прикрытие. Держись!
Торс «Хоплита» рывком поворачивается, одновременно приподнимаясь вверх, словно исполинская серв-машина решилась взглянуть в глаза своей, рушащейся из поднебесья смерти.
На консолях управления сложный танец индикационных сигналов меняет свой ритм, но разум не сосредотачивается на их прочтении, – там, где счет противостояния идет на миллисекунды, нет ни времени, ни смысла в показаниях многочисленных приборов.
Ты либо рожден пилотом, либо нет, третьего не дано,
Единство между человеком и машиной – это не навык, а скорее состояние души, хотя мало кто из пилотов вспоминает о том, что у него есть душа. Достаточно одного дня войны, чтобы рухнуло любое, самое устойчивое мировоззрение.
Реальность… Фрайг бы ее побрал, но она тут, в истощенном рассудке, и выбить ощущение близкой материализованной смерти, может только сама смерть…
Парадокс.
Сколько мыслей прессуют в себе мгновения жизни, особенно когда они прожиты взахлеб, на порыве эмоций, который сдерживает, уравновешивает лишь ледяной рассудок «Одиночки», соединенный с человеческим разумом посредством тонкого, изгибающегося, будто пригревшаяся на солнышке змея, глянцевито-черного шунта нейросенсорного контакта.
Одна душа на двоих, словно стержень, цементирующий единство человеческого разума и искусственной нейросети.
Машина учит человека жить в ритме миллисекунд, он же взамен отдает ей часть своего «эго», даруя чувства, ощущения, эквивалентные боли, страху, надежде, торжеству победы и смертельному ужасу поражения.
Все это запомнит «Одиночка».
Он будет мертв, но серв-машина останется жить.
Именно жить, ибо на ее действия навек ляжет отпечаток души пилота, его самосознания.
Ложь, что кибернетическая нейросистема перенимает исключительно боевые навыки человека.
Нет. Она забирает все, – не родился еще на свет такой пилот, кто не думал бы в критические секунды о вечных дилеммах бытия, совмещая мысли о вечности с конкретикой бушующего вокруг техногенного ада.
"каторга"