интересно .....вот сейчас всячески шельмуют всякие ...,.одухотворенные ,, не вышедший фильм .. Матильда ... никогда не думал ..что буду смотреть мелодраму ... но вот после этих завываний думаю ....непременно посмотрю ..назло им !! ))) значит фильм ...отличный !!! ??
Метель ревет, как седой исполин,
Вторые сутки не утихая,
Ревет как пятьсот самолетных турбин,
И нет ей, проклятой, конца и края!
Пляшет огромным белым костром,
Глушит моторы и гасит фары.
В замяти снежной аэродром,
Служебные здания и ангары.
В прокуренной комнате тусклый свет,
Вторые сутки не спит радист,
Он ловит, он слушает треск и свист,
Все ждут напряженно: жив или нет?
Радист кивает: - Пока еще да,
Но боль ему не дает распрямиться.
А он еще шутит: мол, вот беда -
Левая плоскость моя никуда!
Скорее всего, перелом ключицы...
Где-то буран, ни огня, ни звезды
Над местом аварии самолета.
Лишь снег заметает обломков следы
Да замерзающего пилота.
Ищут тракторы день и ночь,
Да только впустую. До слез обидно.
Разве найти тут, разве помочь -
Руки в полуметре от фар не видно?
А он понимает, а он и не ждет,
Лежа в ложбинке, что станет гробом.
Трактор если даже придет,
То все равно в двух шагах пройдет
И не заметит его под сугробом.
Сейчас любая зазря операция.
И все-таки жизнь покуда слышна.
Слышна, ведь его портативная рация
Чудом каким-то, но спасена.
Встать бы, но боль обжигает бок,
Теплой крови полон сапог,
Она, остывая, смерзается в лед,
Снег набивается в нос и рот.
Что перебито? Понять нельзя,
Но только не двинуться, не шагнуть!
Вот и окончен, видать, твой путь!
А где-то сынишка, жена, друзья...
Где-то комната, свет, тепло...
Не надо об этом! В глазах темнеет...
Снегом, наверно, на метр замело.
Тело сонливо деревенеет...
А в шлемофоне звучат слова:
- Алло! Ты слышишь? Держись, дружище! -
Тупо кружится голова...
- Алло! Мужайся! Тебя разыщут!.. -
Мужайся? Да что он, пацан или трус?!
В каких ведь бывал переделках грозных.
- Спасибо... Вас понял... Пока держусь! -
А про себя добавляет: "Боюсь,
Что будет все, кажется, слишком поздно..."
Совсем чугунная голова.
Кончаются в рации батареи.
Их хватит еще на час или два.
Как бревна руки... спина немеет...
- Алло!- это, кажется, генерал.
- Держитесь, родной, вас найдут, откопают...-
Странно: слова звенят, как кристалл,
Бьются, стучат, как в броню металл,
А в мозг остывший почти не влетают...
Чтоб стать вдруг счастливейшим на земле,
Как мало, наверное, необходимо:
Замерзнув вконец, оказаться в тепле,
Где доброе слово да чай на столе,
Спирта глоток да затяжка дыма...
Опять в шлемофоне шуршит тишина.
Потом сквозь метельное завыванье:
- Алло! Здесь в рубке твоя жена!
Сейчас ты услышишь ее. Вниманье! -
С минуту гуденье тугой волны,
Какие-то шорохи, трески, писки,
И вдруг далекий голос жены,
До боли знакомый, до жути близкий!
- Не знаю, что делать и что сказать.
Милый, ты сам ведь отлично знаешь,
Что, если даже совсем замерзаешь,
Надо выдержать, устоять! -
Хорошая, светлая, дорогая!
Ну как объяснить ей в конце концов,
Что он не нарочно же здесь погибает,
Что боль даже слабо вздохнуть мешает
И правде надо смотреть в лицо.
- Послушай! Синоптики дали ответ:
Буран окончится через сутки.
Продержишься? Да?
- К сожалению, нет...
- Как нет? Да ты не в своем рассудке! -
Увы, все глуше звучат слова.
Развязка, вот она - как ни тяжко.
Живет еще только одна голова,
А тело - остывшая деревяшка.
А голос кричит: - Ты слышишь, ты слышишь?!
Держись! Часов через пять рассвет.
Ведь ты же живешь еще! Ты же дышишь?!
Ну есть ли хоть шанс?
- К сожалению, нет... -
Ни звука. Молчанье. Наверно, плачет.
Как трудно последний привет послать!
И вдруг: - Раз так, я должна сказать! -
Голос резкий, нельзя узнать.
Странно. Что это может значить?
- Поверь, мне горько тебе говорить.
Еще вчера я б от страха скрыла.
Но раз ты сказал, что тебе не дожить,
То лучше, чтоб после себя не корить,
Сказать тебе коротко все, что было.
Знай же, что я дрянная жена
И стою любого худого слова.
Я вот уже год тебе неверна
И вот уже год, как люблю другого!
О, как я страдала, встречая пламя
Твоих горячих восточных глаз. -
Он молча слушал ее рассказ,
Слушал, может, в последний раз,
Сухую былинку зажав зубами.
- Вот так целый год я лгала, скрывала,
Но это от страха, а не со зла.
- Скажи мне имя!..-
Она помолчала,
Потом, как ударив, имя сказала,
Лучшего друга его назвала!
Затем добавила торопливо:
- Мы улетаем на днях на юг.
Здесь трудно нам было бы жить счастливо.
Быть может, все это не так красиво,
Но он не совсем уж бесчестный друг.
Он просто не смел бы, не мог, как и я,
Выдержать, встретясь с твоими глазами.
За сына не бойся. Он едет с нами.
Теперь все заново: жизнь и семья.
Прости, не ко времени эти слова.
Но больше не будет иного времени. -
Он слушает молча. Горит голова...
И словно бы молот стучит по темени...
- Как жаль, что тебе ничем не поможешь!
Судьба перепутала все пути.
Прощай! Не сердись и прости, если можешь!
За подлость и радость мою прости! -
Полгода прошло или полчаса?
Наверно, кончились батареи.
Все дальше, все тише шумы... голоса...
Лишь сердце стучит все сильней и сильнее!
Оно грохочет и бьет в виски!
Оно полыхает огнем и ядом.
Оно разрывается на куски!
Что больше в нем: ярости или тоски?
Взвешивать поздно, да и не надо!
Обида волной заливает кровь.
Перед глазами сплошной туман.
Где дружба на свете и где любовь?
Их нету! И ветер как эхо вновь:
Их нету! Все подлость и все обман!
Ему в снегу суждено подыхать,
Как псу, коченея под стоны вьюги,
Чтоб два предателя там, на юге,
Со смехом бутылку открыв на досуге,
Могли поминки по нем справлять?!
Они совсем затиранят мальца
И будут усердствовать до конца,
Чтоб вбить ему в голову имя другого
И вырвать из памяти имя отца!
И все-таки светлая вера дана
Душонке трехлетнего пацана.
Сын слушает гул самолетов и ждет.
А он замерзает, а он не придет!
Сердце грохочет, стучит в виски,
Взведенное, словно курок нагана.
От нежности, ярости и тоски
Оно разрывается на куски.
А все-таки рано сдаваться, рано!
Эх, силы! Откуда вас взять, откуда?
Но тут ведь на карту не жизнь, а честь!
Чудо? Вы скажете, нужно чудо?
Так пусть же! Считайте, что чудо есть!
Надо любою ценой подняться
И, всем существом устремясь вперед,
Грудью от мерзлой земли оторваться,
Как самолет, что не хочет сдаваться,
А сбитый, снова идет на взлет!
Боль подступает такая, что кажется,
Замертво рухнешь в сугроб ничком!
И все-таки он, хрипя, поднимается.
Чудо, как видите, совершается!
Впрочем, о чуде потом, потом...
Швыряет буран ледяную соль,
Но тело горит, будто жарким летом,
Сердце колотится в горле где-то,
Багровая ярость да черная боль!
Вдали сквозь дикую карусель
Глаза мальчишки, что верно ждут,
Они большие, во всю метель,
Они, как компас, его ведут!
- Не выйдет! Неправда, не пропаду! -
Он жив. Он двигается, ползет!
Встает, качается на ходу,
Падает снова и вновь встает...
II
К полудню буран захирел и сдал.
Упал и рассыпался вдруг на части.
Упал, будто срезанный наповал,
Выпустив солнце из белой пасти.
Он сдал в предчувствии скорой весны,
Оставив после ночной операции
На чахлых кустах клочки седины,
Как белые флаги капитуляции.
Идет на бреющем вертолет,
Ломая безмолвие тишины.
Шестой разворот, седьмой разворот,
Он ищет... ищет... и вот, и вот -
Темная точка средь белизны!
Скорее! От рева земля тряслась.
Скорее! Ну что там: зверь? Человек?
Точка качнулась, приподнялась
И рухнула снова в глубокий снег...
Все ближе, все ниже... Довольно! Стоп!
Ровно и плавно гудят машины.
И первой без лесенки прямо в сугроб
Метнулась женщина из кабины!
Припала к мужу: - Ты жив, ты жив!
Я знала... Все будет так, не иначе!.. -
И, шею бережно обхватив,
Что-то шептала, смеясь и плача.
Дрожа, целовала, как в полусне,
Замерзшие руки, лицо и губы.
А он еле слышно, с трудом, сквозь зубы:
- Не смей... Ты сама же сказала мне..
- Молчи! Не надо! Все бред, все бред!
Какой же меркой меня ты мерил?
Как мог ты верить?! А впрочем, нет,
Какое счастье, что ты поверил!
Я знала, я знала характер твой!
Все рушилось, гибло... хоть вой, хоть реви!
И нужен был шанс, последний, любой!
А ненависть может гореть порой
Даже сильней любви!
И вот говорю, а сама трясусь,
Играю какого-то подлеца.
И все боюсь, что сейчас сорвусь,
Что-нибудь выкрикну, разревусь,
Не выдержав до конца!
Прости же за горечь, любимый мой!
Всю жизнь за один, за один твой взгляд,
Да я, как дура, пойду за тобой,
Хоть к черту! Хоть в пекло! Хоть в самый ад! -
И были такими глаза ее,
Глаза, что любили и тосковали,
Таким они светом сейчас сияли,
Что он посмотрел в них и понял все!
И, полузамерзший, полуживой,
Он стал вдруг счастливейшим на планете.
Ненависть, как ни сильна порой,
Не самая сильная вещь на свете!
Как плачет душа?Темной слезой, согревая щеку...тихим вздохом из полуоткрытых губ...легким дрожание рук...а все, что пело и жило внутри тебя, сжимаеться в маленький серый комок, а ,сжавшись, щемит, пытаясь сжаться еще сильнее...а вокруг этого комочка липкая вязкая пустота...в голове - ни одной мысли...и безвольное тело мечтает лишь об одном - исчезнуть, испариться с лица земли, чтобы никогда больше не испытовать этой боли...и не слышно ничего, кроме завывания ветра, и пелена застилает глаза...а слезы все чаще и чаще скользят по щекам...уже черными полосками по лицу стекает тушь, слипаються реснички, опухает носик, а мне все равно...свернувшись в клубок, сжав в руке мягкую игрушку, я тихо вздрагиваю, пытаясь подавить глухой стон.......
"Под музыку Вивальди, Вивальди, Вивальди
под музыку Вивальди, под старый клавесин,
под скрипок переливы, под завыванье вьюги
условимся друг друга любить, что было сил" Слова: А. Величанский... 335 лет со дня рождения Антонио Вивальди.
Revolutionary, под музыку Вивальди, Вивальди, Вивальди
под музыку Вивальди, под старый клавесин,
под скрипок переливы, под завыванье вьюги
условимся друг друга любить, что было сил. 335 лет со дня рождения Антонио Вивальди.
Под музыку Вивальди, Вивальди, Вивальди
под музыку Вивальди, под старый клавесин,
под скрипок переливы, под завыванье вьюги
условимся друг друга любить, что было сил. 335 лет со дня рождения Антонио Вивальди.
Айгуль, ее слезы- нектар. ее пальцы- цветы. ее недра- земля. ее голос- завыванье ветра в ночи
Ее слезы- нектар. ее пальцы- цветы. ее недра- земля. ее голос- завыванье ветра в ночи
ее слезы- нектар. ее пальцы- цветы. ее недра- земля. ее голос- завыванье ветра в ночи
Одиночество — это не тогда, когда вы ночью просыпаетесь от собственного завывания, хотя это тоже одиночество. Одиночество — это не тогда, когда вы возвращаетесь домой и все лежит, как было брошено год назад, хотя это тоже одиночество. Одиночество — это не телевизор, приемник и чайник, включенные одновременно для ощущения жизни и чьих-то голосов, хотя это тоже одиночество. Это даже не раскладушка у знакомых, суп у друзей… Это поправимо, хотя и безнадежно. Настоящее одиночество, когда вы всю ночь
Одиночество — это не тогда, когда вы ночью просыпаетесь от собственного завывания, хотя это тоже одиночество. Одиночество — это не тогда, когда вы возвращаетесь домой и все лежит, как было брошено год назад, хотя это тоже одиночество. Одиночество — это не телевизор, приемник и чайник, включенные одновременно для ощущения жизни и чьих-то голосов, хотя это тоже одиночество. Это даже не раскладушка у знакомых, суп у друзей… Это поправимо, хотя и безнадежно. Настоящее одиночество, когда вы всю ночь говорите сами с собой — и вас не понимают. Михаил Жванецкий
Одиночество — это не тогда, когда вы ночью просыпаетесь от собственного завывания, хотя это тоже одиночество. Одиночество — это не тогда, когда вы возвращаетесь домой и все лежит, как было брошено год назад, хотя это тоже одиночество. Одиночество — это не телевизор, приемник и чайник, включенные одновременно для ощущения жизни и чьих-то голосов, хотя это тоже одиночество. Это даже не раскладушка у знакомых, суп у друзей… Это поправимо, хотя и безнадежно. Настоящее одиночество, когда вы всю ночь говорите сами с собой — и вас не понимают.
Михаил Жванецкий
На перевале дождь,
За ним не слышны завывания муллы.
Худое небо и худые овцы фронтовые.
На перевале дождь,
И остывают миномётные стволы,
И время есть,
и время есть,
и время есть черкнуть вам пару строк, родные.
Он будет лить всю ночь -
У нас здесь, мама, начался сезон дождей,
И связи нет, и у радиста мат идёт от сердца.
На перевале дождь,
А нам бы груз "двухсотый" скинуть поскорей
И поскорей,
и поскорей,
и поскорей зашить разорванные берцы.
Кончится скоро табак -
Нам бы листья сухие,
Замерзала роза на снегу…И безмолвным криком всем кричала,Поднимите, я жива, я жить хочу….Лишь метель ей завываньем отвечала…
КАК ТО РАЗ ПРИШЛОСЬ МНЕ УВИДЕТЬ ВСТРЕЧУ МОЛОДЫХ ЛЮДЕЙ И ПОСЛЕ ЭТОЙ ВСТРЕЧИ ПРОИЗОШЁЛ ВОТ ТАКОЙ СТИХ ! - Замерзала роза на снегу,
Тяжело и медленно вздыхала…
Помогите, я прошу вас, жить хочу
Ничего ещё я не познала…
Подождите, люди, не топчите.
Посмотрите, как я хороша…
Я живая, на руки возьмите
Теплится в бутончике душа…
Отец - садовник, холил и растил
Природа – мама, красотою одарила
Юноша любимой подарил,
Выбросила - розы не любила….
Замерзала роза на снегу…
И безмолвным криком всем кричала,
Поднимите, я жива, я жить хочу….
Лишь метель ей завываньем отвечала…
============================================================ ОБОРОТЕНЬ Полнолуние! Горят глаза. Полнолуние! Свет померк. Полнолуние! Тварь в тебе. Полнолуние! Клыки в крови. Полнолуние! Нет любви. Полнолуние! Проклятье в тебе. Полнолуние! Охота на тебя. Полнолуние! Ты зверь. Полнолуние! Боль души. Полнолуние! Кровавые слёзы по любимой. Полнолуние! Рабство. Полнолуние! Крик. Полнолуние! Нет прощенье. Полнолуние! Боль. ============================================================= Завывание метели па утрам Холодный воздух по вечерам Прекрасные блики днём в снегу Смех детворы и я сидящий за окном. Ведь мир прекрасен в белом цвете снежинки падают кружа! Танцуя на ветру в метель и стужу В свет и тьму и люты холод Одни танцуют нет в них пары Искрясь на солнце на снегу Ведь я влюбился в этот танец ведь некогда я не забуду последний танец наш стобой. =============================================================
Мир, судьбы, города,
Вокзал центральный
И в скучном поезде 3 дня,
Ну а потом рука в руке и поцелуй спонтанно долгий
Мы растворимся в небытье....
Ведь мы будем вместе,
Под луной ночь коротать!
Не нужен нам не алкоголь не шумных компаний завыванье...
Любовь согореет этой ночью и спасет
От раставнья
Мы будем в вечности вдвоем и не забудем после смерти Рука в руке и поцелуй
Ведь после смерти время вечно..... оцните от 1-5 балами 
⇢