Что бы Вы сделали с Иисусом на месте Пилата?

Мы на своём месте Его распинаем,
можно Пилатово не занимать.

Насколько я помню, толпе предоставили возможность помиловать кого-из приговоренных. Толпа помиловала Варраву.

Отпустил бы, но тут надо понимать, что Пилат был римским язычником и ему было всё равно, какого человека разрешать распять, тем более Христос был не римским гражданином, а я, в отличие от Пилат, понимаю, кто такой Христос. Поэтому, не факт, что я, будучи язычником, почувствовал бы Божественную сущность Христа.
Помнится, в Библии такой интересный диалог описан:
(Ин. 18:37-18:38) "Пилат сказал Ему: итак Ты Царь? Иисус отвечал: ты говоришь, что Я Царь. Я на то родился и на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать о истине; всякий, кто от истины, слушает гласа Моего. Пилат сказал Ему: что есть истина?"
Не мог Пилат распознать, что сама Истина воплотившаяся стоит рядом с ним и я его понимаю. А Пилат видимо был воспитан на древнегреческой античной философии, поэтому и спросил, что есть истина, так как каждый философ говорил своё о ней, а саму истину распознать было сложно, сложное было это понятие для ума человеческого.

То что русские сделали с Шандором Петефи.

То же самое. Кто я такой чтоб сценарий менять ;)))

По тому как мне представилось, он сделал всё что можно. Он был поставлен вершить базовое мнение народа, он был лишь проводник. Всё равно, что судья на футбольном поле, не стал подыгрывать той команде, которой симпатизирует. Он исполнил своё место, честно...

Заставил бы в своей мастерской делать дверные косяки и лавочки. Делом заниматься короче, а не пездеть.

отпустил, НО... чтобы не делать из него мученика
живые пророки менее опасны... для государственного строя

Смутьянам, посягающим на государство, всегда была суждена виселица (так свидетельствует история), вне зависимости от того, кто на троне

хорошая сказка

Я бы приказал утопить его в сортире, чтобы христиане не распятие почитали, а дырку с торчащими из неё ногами.

Отпустила бы и дала денег.

А хотите тест?

– Какой?

– Исторический. На человеколюбие.

Таня бросила на спутника заинтересованный взгляд.

– То есть?

– А вот слушайте. Время – 17‑й год правления Тиберия, 25‑й день мартовских ид. Вы – прокуратор Иудеи. Вам дано право не отправлять на казнь одного из приговоренных. Толпа только что выкрикнула имя разбойника Варравы, второй из приговоренных вам известен. Ваше решение?

Татьяна остановилась, изумленно глядя на Кима:

– Ну, знаете… от вас я такого не ожидала.

– Чего такого?

Таня нервно рассмеялась:

– Мне казалось, что военные не очень‑то интересуются Библией.

Ким пожал плечами:

– У меня все‑таки университетское образование.

Ким пожал плечами:

– У меня все‑таки университетское образование. Так каково ваше решение?

– Вы его прекрасно знаете. Конечно, я отпущу Иисуса.

Ким усмехнулся:

– То есть вы своим решением убьете Варраву? Человека, которому хочет подарить жизнь многотысячная толпа внизу?

Таня нахмурилась:

– Ну‑у… нет, я, наверное, прикажу пощадить обоих.

– Невозможно. Тысячи людей собрались посмотреть на казнь. Если лишить их этого зрелища, начнутся беспорядки и в этом случае погибнут сотни, возможно, даже тысячи тех, кто, в отличие от того же Варравы, разбойника, грабителя и убийцы, не совершил ничего плохого и у кого, как вы говорили, есть родители, братья, сестры, любимые, наконец…

– Тогда я попытаюсь убедить людей…

– Вот так сразу, на месте, причем тех, кто собрался, как раз чтобы насладиться казнью? В таком случае Вы, должно быть, способны легко убедить и тех, кто встретился нам полчаса назад, и мое геройство, значит, было совершенно не нужно…

Глаза Тани сердито сверкнули.

– Но если я прокуратор Иудеи, то у меня есть римский легион и я могу…

Ким кивнул:

– Что и требовалось доказать.

– Что… доказать?

– Легион – это те же самые тренированные убийцы, что и ваш покорный слуга. Так что даже самые благие дела иногда требуют использования не слишком приятного для тебя инструмента. И если его нет… Кстати, мы пришли.

Они остановились. Таня покачала головой:

– Да уж, интересная у меня прогулочка сегодня случилась…

Ким улыбнулся:

– А разве не так? Спокойной ее назвать, конечно, трудно, но вот неинтересной уж точно не назовешь. Ну да ладно, спасибо за экскурсию, а мне еще надо заскочить в управление кадров. Так что передавайте привет папе, и… я думаю, не стоит нагружать его излишними подробностями нашей сегодняшней прогулки. В конце концов, все окончилось благополучно.

– Для нас – да, а вот тому парню придется походить в гипсе. Кстати, ВАС я сначала испугалась не меньше, чем их. Вы были какой‑то… безжалостный.

Ким развел руками:

– Ну извините. Ситуация требовала. Не мог же я одновременно казаться безжалостным им и добрым и приятным – вам. А так все закончилось достаточно благополучно, ни одного трупа и всего лишь одна сломанная нога. К тому же не у нас. Так что на этот раз обошлись минимумом потерь с обеих сторон. В отличие от обычных, тренированные убийцы, как правило, стараются ограничиваться минимумом потерь.

Роман Злотников. "Армагеддон"

Изгнал бы тихо из страны без показухи.

а что бы вы сделали с колобком на месте лисы?

гспд ...еще 500 лет одни и теже сказки