У бедуина пес околевал, Над ним хозяин слезы проливал. Спросил его прохожий: “Ты о чем, О муж могучий, слезы льешь ключом?” Ответил: “При смерти мой верный пес. Так жаль его... Не удержать мне слез. Он на охоте дичь мне выгонял, Не спал ночами, стадо охранял”. Спросил прохожий: “Что у пса болит? Не ранен он? Хребет не перебит?” А тот: “О нет! Он только изнурен. От голода околевает он!” “Будь терпелив, – сказал прохожий тот, – Бог за терпенье благом воздает”. Потом спросил: “А что в большом мошке

Удавила бы гада! ( хозяина)

У бедуина пес околевал, Над ним хозяин слезы проливал. Спросил его прохожий: “Ты о чем, О муж могучий, слезы льешь ключом?” Ответил: “При смерти мой верный пес. Так жаль его... Не удержать мне слез. Он на охоте дичь мне выгонял, Не спал ночами, стадо охранял”. Спросил прохожий: “Что у пса болит? Не ранен он? Хребет не перебит?” А тот: “О нет! Он только изнурен. От голода околевает он!” “Будь терпелив, – сказал прохожий тот, – Бог за терпенье благом воздает”. Потом спросил: “А что в большом мошке, Который крепко держишь ты в руке?” “В мешке? Хлеб, мясо... много там всего Для пропитанья тела моего”. “О человек, – спросил прохожий, – что ж Собаке ты ни корки не даешь?” Ответил: “Не могу ни крошки дать, – В пути без денег хлеба не достать; Хоть не могу над псом я слез не лить... А слезы – что ж... за слезы не платить...” И тут прохожий в гневе закричал: “Да будь ты проклят, чтобы ты пропал! Набитый ветром ты пустой бурдюк! Ведь этот пес тебе был верный друг! А ты в сто раз презреннее, чем пес. Тебе кусок еды дороже слез! Но слезы – кровь, пролитая бедой, Кровь, от страданья ставшая водой. Пыль под ногой – цена твоим слезам, И не дороже стоишь весь ты сам!”

У бедуина пес околевал, Над ним хозяин слезы проливал. Спросил его прохожий: “Ты о чем, О муж могучий, слезы льешь ключом?” Ответил: “При смерти мой верный пес. Так жаль его... Не удержать мне слез. Он на охоте дичь мне выгонял, Не спал ночами, стадо охранял”. Спросил прохожий: “Что у пса болит? Не ранен он? Хребет не перебит?” А тот: “О нет! Он только изнурен. От голода околевает он!” “Будь терпелив, – сказал прохожий тот, – Бог за терпенье благом воздает”. Потом спросил: “А что в большом мошке, Который крепко держишь ты в руке?” “В мешке? Хлеб, мясо... много там всего Для пропитанья тела моего”. “О человек, – спросил прохожий, – что ж Собаке ты ни корки не даешь?” Ответил: “Не могу ни крошки дать, – В пути без денег хлеба не достать; Хоть не могу над псом я слез не лить... А слезы – что ж... за слезы не платить...” И тут прохожий в гневе закричал: “Да будь ты проклят, чтобы ты пропал! Набитый ветром ты пустой бурдюк! Ведь этот пес тебе был верный друг! А ты в сто раз презреннее, чем пес. Тебе кусок еды дороже слез! Но слезы – кровь, пролитая бедой, Кровь, от страданья ставшая водой. Пыль под ногой – цена твоим слезам, И не дороже стоишь весь ты сам!”

Старик сказал врачу: “Я заболел! Слезотеченье... Насморк одолел”. “От старости твои насморк”, – врач сказал. Старик ему: “Я плохо видеть стал”. “От старости, почтенный человек, И слабость глаз, и покрасненье век”. Старик: “Болит и ноет вся спина!” А врач: “И в этом старости вина”. Старик: “Мне в пользу не идет еда”. А врач: “От старости твоя беда”. Старик: “Я кашляю, дышу с трудом”. А врач: “Повинна старость в том и в том. Ведь если старость в гости к нам придет, В подарок сто болезней принесет”. “Ах ты, дурак! – сказал старик врачу. – Я у тебя лечиться не хочу! Чему тебя учили, о глупец? Лекарствами сумел бы врач-мудрец Помочь в недомогании любом, А ты – осел, оставшийся ослом!..” А врач: “И раздражительность твоя – От старости, тебе ручаюсь я!”