«Будучи в некотором нервном возбуждении, герцог вдруг схватил и подписал несколько прошений о ******* словами: «На волю, всех на волю!» Прошения о чём?

не имею понятия

!

Вольную, для крепостных людей.... Не так давно это было у просвещенной" ГейЕвропе и похлеще чем в России.
Имперский дипломат Герберштейн отмечал, что в Польше «народ жалок и угнетен тяжелым рабством, ибо если кто в сопровождении толпы слуг входит в жилище поселянина, то ему можно безнаказанно творить все, что угодно, грабить и избивать». Польский интеллектуал XVI века Анджей Моджевский был с этим согласен: «Если шляхтич убьет хлопа, то говорит, что убил собаку, ибо шляхта считает кметов (крестьян. — Прим. ред.) за собак». Королевская власть в дворянской республике была номинальной, так что найти управу на распоясавшихся феодалов было невозможно.