У нас чудесный простоял октябрь, а уходя сегодня плачет. Похоже ноябрь отказался последовать его примеру. А жаль!

Не знаю, какая у вас была весна, у нас хорошая, что не скажу о лете.

Так я и имел в виду это же

Наш сентябрь ещё грелкой был

А сказали про Владивосток!

У вас не была, но рада, что и вас порадовал он.

Иван задрал голову и посмотрел вверх. Мириады пузырьков воздуха скрыли солнечный свет и, только боль в ушах и нестерпимое желание глотка воздуха, напомнили ему, что он находится на глубине минимум трех с половиной метров.

Перед тем, как оттолкнуться от дна и всплыть на поверхность, он перевел взгляд вниз, к себе под ноги. Он стоял на каменном карнизе шириною с метр, который тянулся вдоль рифа, а мористее, буквально под его ногами пролегал глубокий разлом, шириною не более двух метров, за которым глубина опять поднималась до уровня карниза. Разлом - был столь глубоким, что солнечный свет не достигал его дна.

Эта зияющая темная пропасть вызвала первобытный страх и выброс адреналина в кровь Ивана. Он всплыл, как пробка. Руки его дрожали. Он хватал ртом воздух и никак не мог надышаться. И когда, он, казалось, был готов подтянуться и перемахнуть - это чертово препятствие, огромная волна обрушилась на него сверху, припечатав грудью к острым камням гряды.

В туже секунду, его, как пушинку оторвало от рифа, завертело, перевернуло ногами вверх и потянуло отливной волной в море и на глубину.

Каким-то чудом, за доли секунды до этого, Иван успел набрать полные легкие воздуха.

Свет померк. Маску, так вдавило в лицо, что глаза стали вылезать из орбит, носовые и лобные пазухи стали трещать, отдаваясь дикой болью в ушах.

Иван, не в силах терпеть эту боль, сдернул маску на грудь и постарался перевернуться и всплыть на поверхность. Но сила течения продолжала увлекать его все глубже и глубже.

Это не посвсеместно, как и октябрь.