Микробиолог и генетик Константин Викторович Северинова, утверждает, что * живой ум* *,то бишь * интеллект *, даётся изначально, при рождении, он передаётся генетически. А вот всё наносное и приобретённое с возрастом выветривается. На что это похоже..? 
Если мутация возникает в вашем организме, в ваших гаметах, она будет передаваться вашему потомству, и ничего с этим сделать будет нельзя. Вывод простой: если вы хотите иметь здоровое потомство, не заводите вредных привычек, не впадайте в грех», — заявил ученый генетик Кудрявцев...ведь он прав?
Вопрос для генетиков: лидирующие гены- слепая ненависть к сильным и успешным, талантливым, непреодолимая и неконтролируемая тяга к всеобщей власти, безпринципиальность, результатом психическое расстройство на уровне генов+ ген бабуина-каннибала. Что получим в итоге?
Настоящие Рюрики Ложь дворянства через историков и генетиков?
Жуткое потомство, которым опоросилась приморская чушка, заинтересовало столичных генетиков. Учеными уже давно доказано, что ДНК свиньи и человека совпадают на 96–98 процентов. Это настолько высокий показатель сходства между млекопитающими, что позволяет заниматься трансплантацией некоторых свиных органов в организм человека.
Дарвин лопухнулся с обезьянами?
Проходит Всемирный симпозиум генетиков. Выступает американец:
— Мы скрестили корову с курицей — получаем одновременно молоко, мясо и яйца!
Выступает немец:
— А мы скрестили муху с пчелой — летает на помойках, а дает мед!
Выступает русский:
— А мы скрестили арбуз с тараканами — разрежешь, семечки сами расползаются!
Когда-нибудь я стану генетиком и выращу комаров, которые будут сосать жир.
Когда-нибудь я стану генетиком и выращу комаров, которые будут сосать жир)
по последним исследованиям генетиков человечество произошло всего от 10 адамов и 18 ев, так на что же надеются женщины?
Разговор генетиков:
- Ну как там ваша новая картошка? Ну та, с генетическими модификациями? По-моему, полная фигня!
- Тихо! Она может услышать!!
я не генетик. существуют 4 группы крови. 3 произошла от смешивания 1 и 2. почему только 4 есть а других нет. и 1 группа является материнской так как подходит всем группам.
Жизнь без страха?«Неужели ему не страшно?» – думаем мы, когда в видеоролике очередной экстремал выполняет рискованный трюк. Но одно дело – уметь контролировать свой страх, и совсем другое – не испытывать его вовсе. Возможна ли жизнь без чувства страха и на что она похожа?«Ух ты!» – восклицает 44-летняя Наталья, с любопытством ощупывая… огромного тарантула. Она не знает чувства страха. Весело рассказывает, как зимой едва не стала жертвой ограбления, но преступник, пораженный ее хладнокровием, предпочел оставить странную женщину в покое. У Натальи редчайшее генетическое заболевание – болезнь Урбаха – Вите. Она поражает миндалевидное тело мозга человека – тот участок, который играет ключевую роль в рождении эмоций, и в первую очередь – чувства страха. Саму Наталью болезнь как будто не беспокоит, она живет полноценной жизнью... Вот только она не способна оценить грозящую ей опасность, а значит, не может ее избежать.У нее трое детей, которые никак не привыкнут к тому, как ведет себя порой их мать. «Однажды в лесу перед нами выползла змея, – рассказывает ее 12-летний сын. – Мы закричали, а мама спокойно взяла ее в руку и отшвырнула прочь». Наталья лишена не просто чувства страха, но и способности распознавать его у других. Лицо, искаженное ужасом, вызывает у нее лишь недоумение: сама идея страха недоступна ее пониманию.Между тем страх – одна из важнейших эмоций. Именно он позволяет нам оценивать степень грозящей опасности и инстинктивно избегать того, что может причинить вред. «Полное бесстрашие бессмысленно с точки зрения эволюции. Человек, который ничего не боится, вряд ли долго проживет», – поясняет генетик Глеб Шумятски (Gleb Shumyatsky), руководитель группы исследователей, открывших ген страха*. Благодаря чувству страха наш организм узнает о том, что во внешнем мире что-то не так. Патологическое бесстрашие нарушает этот «сигнальный» механизм, и человек теряет связь с собственными чувствами.Но иногда и самые обыкновенные люди ведут себя на удивление бесстрашно. В ситуации угрозы для жизни (своей или близких) даже очень пугливый человек может проявить невиданную храбрость. Антрополог Иосиф Жордания (Joseph Jordania) считает, что в такие моменты мы впадаем в особое состояние, которое он называет «боевым трансом»**. Способность эта появилась благодаря естественному отбору: находясь в трансе, наши предки могли напугать хищника, которого иначе не могли одолеть. Они словно забывали о личной безопасности и действовали в интересах группы.Мысль о жизни без страха, какой бы заманчивой она ни представлялась, уводит нас от реальности. Ощущая опасность, мы осознаем нашу уязвимость, а значит – можем защитить себя.
Жизнь без страха?
«Неужели ему не страшно?» – думаем мы, когда в видеоролике очередной экстремал выполняет рискованный трюк. Но одно дело – уметь контролировать свой страх, и совсем другое – не испытывать его вовсе. Возможна ли жизнь без чувства страха и на что она похожа?
«Ух ты!» – восклицает 44-летняя Наталья, с любопытством ощупывая… огромного тарантула. Она не знает чувства страха. Весело рассказывает, как зимой едва не стала жертвой ограбления, но преступник, пораженный ее хладнокровием, предпочел оставить странную женщину в покое. У Натальи редчайшее генетическое заболевание – болезнь Урбаха – Вите. Она поражает миндалевидное тело мозга человека – тот участок, который играет ключевую роль в рождении эмоций, и в первую очередь – чувства страха. Саму Наталью болезнь как будто не беспокоит, она живет полноценной жизнью... Вот только она не способна оценить грозящую ей опасность, а значит, не может ее избежать.
У нее трое детей, которые никак не привыкнут к тому, как ведет себя порой их мать. «Однажды в лесу перед нами выползла змея, – рассказывает ее 12-летний сын. – Мы закричали, а мама спокойно взяла ее в руку и отшвырнула прочь». Наталья лишена не просто чувства страха, но и способности распознавать его у других. Лицо, искаженное ужасом, вызывает у нее лишь недоумение: сама идея страха недоступна ее пониманию.Между тем страх – одна из важнейших эмоций. Именно он позволяет нам оценивать степень грозящей опасности и инстинктивно избегать того, что может причинить вред. «Полное бесстрашие бессмысленно с точки зрения эволюции. Человек, который ничего не боится, вряд ли долго проживет», – поясняет генетик Глеб Шумятски (Gleb Shumyatsky), руководитель группы исследователей, открывших ген страха*. Благодаря чувству страха наш организм узнает о том, что во внешнем мире что-то не так. Патологическое бесстрашие нарушает этот «сигнальный» механизм, и человек теряет связь с собственными чувствами.
Но иногда и самые обыкновенные люди ведут себя на удивление бесстрашно. В ситуации угрозы для жизни (своей или близких) даже очень пугливый человек может проявить невиданную храбрость. Антрополог Иосиф Жордания (Joseph Jordania) считает, что в такие моменты мы впадаем в особое состояние, которое он называет «боевым трансом»**. Способность эта появилась благодаря естественному отбору: находясь в трансе, наши предки могли напугать хищника, которого иначе не могли одолеть. Они словно забывали о личной безопасности и действовали в интересах группы.
Мысль о жизни без страха, какой бы заманчивой она ни представлялась, уводит нас от реальности. Ощущая опасность, мы осознаем нашу уязвимость, а значит – можем защитить себя.
Жизнь без страха?«Неужели ему не страшно?» – думаем мы, когда в видеоролике очередной экстремал выполняет рискованный трюк. Но одно дело – уметь контролировать свой страх, и совсем другое – не испытывать его вовсе. Возможна ли жизнь без чувства страха и на что она похожа?«Ух ты!» – восклицает 44-летняя Наталья, с любопытством ощупывая… огромного тарантула. Она не знает чувства страха. Весело рассказывает, как зимой едва не стала жертвой ограбления, но преступник, пораженный ее хладнокровием, предпочел оставить странную женщину в покое. У Натальи редчайшее генетическое заболевание – болезнь Урбаха – Вите. Она поражает миндалевидное тело мозга человека – тот участок, который играет ключевую роль в рождении эмоций, и в первую очередь – чувства страха. Саму Наталью болезнь как будто не беспокоит, она живет полноценной жизнью... Вот только она не способна оценить грозящую ей опасность, а значит, не может ее избежать.У нее трое детей, которые никак не привыкнут к тому, как ведет себя порой их мать. «Однажды в лесу перед нами выползла змея, – рассказывает ее 12-летний сын. – Мы закричали, а мама спокойно взяла ее в руку и отшвырнула прочь». Наталья лишена не просто чувства страха, но и способности распознавать его у других. Лицо, искаженное ужасом, вызывает у нее лишь недоумение: сама идея страха недоступна ее пониманию.Между тем страх – одна из важнейших эмоций. Именно он позволяет нам оценивать степень грозящей опасности и инстинктивно избегать того, что может причинить вред. «Полное бесстрашие бессмысленно с точки зрения эволюции. Человек, который ничего не боится, вряд ли долго проживет», – поясняет генетик Глеб Шумятски (Gleb Shumyatsky), руководитель группы исследователей, открывших ген страха*. Благодаря чувству страха наш организм узнает о том, что во внешнем мире что-то не так. Патологическое бесстрашие нарушает этот «сигнальный» механизм, и человек теряет связь с собственными чувствами.Но иногда и самые обыкновенные люди ведут себя на удивление бесстрашно. В ситуации угрозы для жизни (своей или близких) даже очень пугливый человек может проявить невиданную храбрость. Антрополог Иосиф Жордания (Joseph Jordania) считает, что в такие моменты мы впадаем в особое состояние, которое он называет «боевым трансом»**. Способность эта появилась благодаря естественному отбору: находясь в трансе, наши предки могли напугать хищника, которого иначе не могли одолеть. Они словно забывали о личной безопасности и действовали в интересах группы.Мысль о жизни без страха, какой бы заманчивой она ни представлялась, уводит нас от реальности. Ощущая опасность, мы осознаем нашу уязвимость, а значит – можем защитить себя.
Жизнь без страха?
«Неужели ему не страшно?» – думаем мы, когда в видеоролике очередной экстремал выполняет рискованный трюк. Но одно дело – уметь контролировать свой страх, и совсем другое – не испытывать его вовсе. Возможна ли жизнь без чувства страха и на что она похожа?
«Ух ты!» – восклицает 44-летняя Наталья, с любопытством ощупывая… огромного тарантула. Она не знает чувства страха. Весело рассказывает, как зимой едва не стала жертвой ограбления, но преступник, пораженный ее хладнокровием, предпочел оставить странную женщину в покое. У Натальи редчайшее генетическое заболевание – болезнь Урбаха – Вите. Она поражает миндалевидное тело мозга человека – тот участок, который играет ключевую роль в рождении эмоций, и в первую очередь – чувства страха. Саму Наталью болезнь как будто не беспокоит, она живет полноценной жизнью... Вот только она не способна оценить грозящую ей опасность, а значит, не может ее избежать.
У нее трое детей, которые никак не привыкнут к тому, как ведет себя порой их мать. «Однажды в лесу перед нами выползла змея, – рассказывает ее 12-летний сын. – Мы закричали, а мама спокойно взяла ее в руку и отшвырнула прочь». Наталья лишена не просто чувства страха, но и способности распознавать его у других. Лицо, искаженное ужасом, вызывает у нее лишь недоумение: сама идея страха недоступна ее пониманию.Между тем страх – одна из важнейших эмоций. Именно он позволяет нам оценивать степень грозящей опасности и инстинктивно избегать того, что может причинить вред. «Полное бесстрашие бессмысленно с точки зрения эволюции. Человек, который ничего не боится, вряд ли долго проживет», – поясняет генетик Глеб Шумятски (Gleb Shumyatsky), руководитель группы исследователей, открывших ген страха*. Благодаря чувству страха наш организм узнает о том, что во внешнем мире что-то не так. Патологическое бесстрашие нарушает этот «сигнальный» механизм, и человек теряет связь с собственными чувствами.
Но иногда и самые обыкновенные люди ведут себя на удивление бесстрашно. В ситуации угрозы для жизни (своей или близких) даже очень пугливый человек может проявить невиданную храбрость. Антрополог Иосиф Жордания (Joseph Jordania) считает, что в такие моменты мы впадаем в особое состояние, которое он называет «боевым трансом»**. Способность эта появилась благодаря естественному отбору: находясь в трансе, наши предки могли напугать хищника, которого иначе не могли одолеть. Они словно забывали о личной безопасности и действовали в интересах группы.
Мысль о жизни без страха, какой бы заманчивой она ни представлялась, уводит нас от реальности. Ощущая опасность, мы осознаем нашу уязвимость, а значит – можем защитить себя.
Не устал ? Мария-Валерий-Хмурый-(Угрюмый)-Генетик...что еще пропустил???
@-@--- Какое по счёту образование вы хотите получить?
- Третье.
- Вот как. А какие у вас уже есть?
- Фольклорист и генетик.
- Странный выбор… А почему вы ещё и ветеринаром хотите стать?
Парень открывает коробку, выпускает на стол приёмной комиссии десяток маленьких избушек на курьих ножках.
- Понимаете, они уже третий день ничего не едят!
— Какое по счету образование вы хотите получить?
— Третье.
— Вот как. А какие у вас уже есть?
— Фольклорист и генетик.
— Странный выбор. А почему вы еще и биологом хотите стать?
Парень открывает коробку, выпускает на стол приемной комиссии десяток маленьких избушек на курьих ножках.
— Понимаете, они уже третий день ничего не едят…
Sinoptik, змей Горыныч - это мутант или достижение генетиков?
Жанна., змей Горыныч - это мутант или достижение генетиков?
Арий, змей Горыныч - это мутант или достижение генетиков?
L, змей Горыныч - это мутант или достижение генетиков?
Валера, змей Горыныч - это мутант или достижение генетиков?
Светлана, змей Горыныч - это мутант или достижение генетиков?
Василий, змей Горыныч - это мутант или достижение генетиков?
⇢