«В психоаналитической теории мы без колебания принимаем положение, что течение психических процессов автоматически регулируется принципом удовольствия, возбуждаясь каждый раз связанным с неудовольствием напряжением и принимая затем направление, совпадающее в конечном результате с уменьшением этого напряжения, другими словами, с устранением неудовольствия или получением удовольствия». Фрейд считает, что данным положением он обеспечивает в теории единство трех моментов: топического, динамического и экономического и, следовательно, такая теория «является самой совершенной, какую только мы можем себе представить в настоящее время, и заслуживает названия метапсихологической».Во второй главе работы Фрейд рассматривает проблему «травматического невроза» (понятие введено Оппенгеймом еще до появления психоанализа). Ученый стремится разобраться в природе этого заболевания, которое приближается к истерии «по богатству сходных моторных симптомов, но, как правило, превосходит ее сильно выраженными признаками субъективных страданий, близких к ипохондрии или меланхолии, и симптомами широко разлитой общей слабости и нарушения психических функций». Травматический невроз связан с испугом. Это понятие разрабатывается в работе в противопоставлении с понятиями страха и боязни.В третьей главе Фрейд, опираясь на изучение навязчивых повторений, вносит существенные коррективы в психоаналитическую концепцию «психического аппарата».В четвертой главе, готовя читателя к итоговым выводам, Фрейд уточняет топику психического аппарата, прежде всего — место в нем сознания.Фрейд проводит аналогию психического аппарата и простейшим организмом в форме живого пузырька, что позволяет ему схематически представить ряд психоаналитических понятий (принцип удовольствия, защита. проекция и др.). Травма в этом случае трактуется в том числе и как «понятие нарушения защиты от раздражения».В пятой главе рассмотренные выше понятия объединяются общей гипотезой:«Каким же образом связаны между собой влечения и навязчивое воспроизведение? Здесь мы приходим к мысли, что мы набрели на следы самого характера этих влечений, возможно даже, всей органической жизни, до сих пор бывших для нас неясными или, во всяком случае, недостаточно подчеркнутыми. Влечение, с этой точки зрения, можно было бы определить как наличное в живом организме стремление к восстановлению какого-либо прежнего состояния, которое под влиянием внешних препятствий живое существо вынуждено было оставить, в некотором роде органическая эластичность, или, если угодно, выражение косности в органической жизни».В шестой главе Фрейд высказывает ряд сомнений в выдвинутой теории, подкрепляет ее ссылками на исследования продолжительности жизни и смерти организмов в работах А. Вейсманна, а также на миф о перволюдях-андрогинах у Платона и аналогичный миф в «Упанишадах», определяет дальнейшие возможные пути исследования поднятых проблем.
⇢ 
