Вопросы с тегом «любопытство» · страница 28

для девушек старожил этого сайта) нашли ли вы здесь то, для чего регались? или каждый день с любопытством заходите: вот оно, сегодня? или это уже вредная привычка?

Ничто так не возбуждает любопытство мужчины, как долгое молчание женщины?

Мужики, спросите у своей жены (девушки), как бы просто из любопытства, какой вы у неё по счёту, и внимательно следите за выражением её лица.Именно с таким выражением лица она в дальнейшем будет вас обманывать.

Легенда японской кухни – предмет ужаса, любопытства и восхищения иностранцев. Это самое знаменитое, дорогое и опасное блюдо японской кухни по праву считается и одним из древнейших.Как называется РЫБА?

Ты не считай друзей на пересчет! Не тот твой друг, кем любопытство движет, а тот, кто с радостью с тобой разделит взлёт… и кто в беде… твой тихий плач… услышит… У вас есть такие друзья?

Любопытство-не порок.Может кто-нибудь знает,в Японии какой религии придерживаются?

Что делают мужчины из -за усталости, а женщины из любопытства

где рождается любопытство?

Что может сделать с женщиной женское любопытство?

Просто ради любопытства! Депутатов больше волнует вопрос «какие женщины носят трусы», чем размер пенсий или пособий для детей????

А любопытство не порок ??? А жадность -свинство ?

А вы хотели бы "Сжечь корабли и впереди и сзади Лечь на кровать, не глядя ни на что Уснуть без снов и любопытства ради Проснуться лет чрез сто"?

Личная жизнь и личное пространство не останавливает любопытства?

Любопытство и этика совместимы?

Спасибо всем!Я удовлетворил своё любопытство,и моё мнение совпало с некоторыми людьми.Я про день влюблённых.Это праздник комерсантов,и торгашей.Они его и привезли в Россию.

Рационализаторство породила лень или любопытство?

Простите за любопытство, посмотрела сколько же Вам лет, что Вы про Сталина вспомнили. А мы с Вами оказывается одного возраста, но я себя древней не считаю. Так что больше оптимизма Вам Сергей. Удачи!

Любопытство-не порок?

Как лечить любопытство?

вчера просматривая из любопытства профиль вижу надпись" Я счастлив как никогда", а сегодня пришло от него смс "Привет, как дела." Так хочется сказать, так счастлив ты же, зачем тогда тебя я"

Жизнь без страха?«Неужели ему не страшно?» – думаем мы, когда в видеоролике очередной экстремал выполняет рискованный трюк. Но одно дело – уметь контролировать свой страх, и совсем другое – не испытывать его вовсе. Возможна ли жизнь без чувства страха и на что она похожа?«Ух ты!» – восклицает 44-летняя Наталья, с любопытством ощупывая… огромного тарантула. Она не знает чувства страха. Весело рассказывает, как зимой едва не стала жертвой ограбления, но преступник, пораженный ее хладнокровием, предпочел оставить странную женщину в покое. У Натальи редчайшее генетическое заболевание – болезнь Урбаха – Вите. Она поражает миндалевидное тело мозга человека – тот участок, который играет ключевую роль в рождении эмоций, и в первую очередь – чувства страха. Саму Наталью болезнь как будто не беспокоит, она живет полноценной жизнью... Вот только она не способна оценить грозящую ей опасность, а значит, не может ее избежать.У нее трое детей, которые никак не привыкнут к тому, как ведет себя порой их мать. «Однажды в лесу перед нами выползла змея, – рассказывает ее 12-летний сын. – Мы закричали, а мама спокойно взяла ее в руку и отшвырнула прочь». Наталья лишена не просто чувства страха, но и способности распознавать его у других. Лицо, искаженное ужасом, вызывает у нее лишь недоумение: сама идея страха недоступна ее пониманию.Между тем страх – одна из важнейших эмоций. Именно он позволяет нам оценивать степень грозящей опасности и инстинктивно избегать того, что может причинить вред. «Полное бесстрашие бессмысленно с точки зрения эволюции. Человек, который ничего не боится, вряд ли долго проживет», – поясняет генетик Глеб Шумятски (Gleb Shumyatsky), руководитель группы исследователей, открывших ген страха*. Благодаря чувству страха наш организм узнает о том, что во внешнем мире что-то не так. Патологическое бесстрашие нарушает этот «сигнальный» механизм, и человек теряет связь с собственными чувствами.Но иногда и самые обыкновенные люди ведут себя на удивление бесстрашно. В ситуации угрозы для жизни (своей или близких) даже очень пугливый человек может проявить невиданную храбрость. Антрополог Иосиф Жордания (Joseph Jordania) считает, что в такие моменты мы впадаем в особое состояние, которое он называет «боевым трансом»**. Способность эта появилась благодаря естественному отбору: находясь в трансе, наши предки могли напугать хищника, которого иначе не могли одолеть. Они словно забывали о личной безопасности и действовали в интересах группы.Мысль о жизни без страха, какой бы заманчивой она ни представлялась, уводит нас от реальности. Ощущая опасность, мы осознаем нашу уязвимость, а значит – можем защитить себя.

Жизнь без страха?

«Неужели ему не страшно?» – думаем мы, когда в видеоролике очередной экстремал выполняет рискованный трюк. Но одно дело – уметь контролировать свой страх, и совсем другое – не испытывать его вовсе. Возможна ли жизнь без чувства страха и на что она похожа?

«Ух ты!» – восклицает 44-летняя Наталья, с любопытством ощупывая… огромного тарантула. Она не знает чувства страха. Весело рассказывает, как зимой едва не стала жертвой ограбления, но преступник, пораженный ее хладнокровием, предпочел оставить странную женщину в покое. У Натальи редчайшее генетическое заболевание – болезнь Урбаха – Вите. Она поражает миндалевидное тело мозга человека – тот участок, который играет ключевую роль в рождении эмоций, и в первую очередь – чувства страха. Саму Наталью болезнь как будто не беспокоит, она живет полноценной жизнью... Вот только она не способна оценить грозящую ей опасность, а значит, не может ее избежать.

У нее трое детей, которые никак не привыкнут к тому, как ведет себя порой их мать. «Однажды в лесу перед нами выползла змея, – рассказывает ее 12-летний сын. – Мы закричали, а мама спокойно взяла ее в руку и отшвырнула прочь». Наталья лишена не просто чувства страха, но и способности распознавать его у других. Лицо, искаженное ужасом, вызывает у нее лишь недоумение: сама идея страха недоступна ее пониманию.Между тем страх – одна из важнейших эмоций. Именно он позволяет нам оценивать степень грозящей опасности и инстинктивно избегать того, что может причинить вред. «Полное бесстрашие бессмысленно с точки зрения эволюции. Человек, который ничего не боится, вряд ли долго проживет», – поясняет генетик Глеб Шумятски (Gleb Shumyatsky), руководитель группы исследователей, открывших ген страха*. Благодаря чувству страха наш организм узнает о том, что во внешнем мире что-то не так. Патологическое бесстрашие нарушает этот «сигнальный» механизм, и человек теряет связь с собственными чувствами.

Но иногда и самые обыкновенные люди ведут себя на удивление бесстрашно. В ситуации угрозы для жизни (своей или близких) даже очень пугливый человек может проявить невиданную храбрость. Антрополог Иосиф Жордания (Joseph Jordania) считает, что в такие моменты мы впадаем в особое состояние, которое он называет «боевым трансом»**. Способность эта появилась благодаря естественному отбору: находясь в трансе, наши предки могли напугать хищника, которого иначе не могли одолеть. Они словно забывали о личной безопасности и действовали в интересах группы.

Мысль о жизни без страха, какой бы заманчивой она ни представлялась, уводит нас от реальности. Ощущая опасность, мы осознаем нашу уязвимость, а значит – можем защитить себя.

Жизнь без страха?«Неужели ему не страшно?» – думаем мы, когда в видеоролике очередной экстремал выполняет рискованный трюк. Но одно дело – уметь контролировать свой страх, и совсем другое – не испытывать его вовсе. Возможна ли жизнь без чувства страха и на что она похожа?«Ух ты!» – восклицает 44-летняя Наталья, с любопытством ощупывая… огромного тарантула. Она не знает чувства страха. Весело рассказывает, как зимой едва не стала жертвой ограбления, но преступник, пораженный ее хладнокровием, предпочел оставить странную женщину в покое. У Натальи редчайшее генетическое заболевание – болезнь Урбаха – Вите. Она поражает миндалевидное тело мозга человека – тот участок, который играет ключевую роль в рождении эмоций, и в первую очередь – чувства страха. Саму Наталью болезнь как будто не беспокоит, она живет полноценной жизнью... Вот только она не способна оценить грозящую ей опасность, а значит, не может ее избежать.У нее трое детей, которые никак не привыкнут к тому, как ведет себя порой их мать. «Однажды в лесу перед нами выползла змея, – рассказывает ее 12-летний сын. – Мы закричали, а мама спокойно взяла ее в руку и отшвырнула прочь». Наталья лишена не просто чувства страха, но и способности распознавать его у других. Лицо, искаженное ужасом, вызывает у нее лишь недоумение: сама идея страха недоступна ее пониманию.Между тем страх – одна из важнейших эмоций. Именно он позволяет нам оценивать степень грозящей опасности и инстинктивно избегать того, что может причинить вред. «Полное бесстрашие бессмысленно с точки зрения эволюции. Человек, который ничего не боится, вряд ли долго проживет», – поясняет генетик Глеб Шумятски (Gleb Shumyatsky), руководитель группы исследователей, открывших ген страха*. Благодаря чувству страха наш организм узнает о том, что во внешнем мире что-то не так. Патологическое бесстрашие нарушает этот «сигнальный» механизм, и человек теряет связь с собственными чувствами.Но иногда и самые обыкновенные люди ведут себя на удивление бесстрашно. В ситуации угрозы для жизни (своей или близких) даже очень пугливый человек может проявить невиданную храбрость. Антрополог Иосиф Жордания (Joseph Jordania) считает, что в такие моменты мы впадаем в особое состояние, которое он называет «боевым трансом»**. Способность эта появилась благодаря естественному отбору: находясь в трансе, наши предки могли напугать хищника, которого иначе не могли одолеть. Они словно забывали о личной безопасности и действовали в интересах группы.Мысль о жизни без страха, какой бы заманчивой она ни представлялась, уводит нас от реальности. Ощущая опасность, мы осознаем нашу уязвимость, а значит – можем защитить себя.

Жизнь без страха?

«Неужели ему не страшно?» – думаем мы, когда в видеоролике очередной экстремал выполняет рискованный трюк. Но одно дело – уметь контролировать свой страх, и совсем другое – не испытывать его вовсе. Возможна ли жизнь без чувства страха и на что она похожа?

«Ух ты!» – восклицает 44-летняя Наталья, с любопытством ощупывая… огромного тарантула. Она не знает чувства страха. Весело рассказывает, как зимой едва не стала жертвой ограбления, но преступник, пораженный ее хладнокровием, предпочел оставить странную женщину в покое. У Натальи редчайшее генетическое заболевание – болезнь Урбаха – Вите. Она поражает миндалевидное тело мозга человека – тот участок, который играет ключевую роль в рождении эмоций, и в первую очередь – чувства страха. Саму Наталью болезнь как будто не беспокоит, она живет полноценной жизнью... Вот только она не способна оценить грозящую ей опасность, а значит, не может ее избежать.

У нее трое детей, которые никак не привыкнут к тому, как ведет себя порой их мать. «Однажды в лесу перед нами выползла змея, – рассказывает ее 12-летний сын. – Мы закричали, а мама спокойно взяла ее в руку и отшвырнула прочь». Наталья лишена не просто чувства страха, но и способности распознавать его у других. Лицо, искаженное ужасом, вызывает у нее лишь недоумение: сама идея страха недоступна ее пониманию.Между тем страх – одна из важнейших эмоций. Именно он позволяет нам оценивать степень грозящей опасности и инстинктивно избегать того, что может причинить вред. «Полное бесстрашие бессмысленно с точки зрения эволюции. Человек, который ничего не боится, вряд ли долго проживет», – поясняет генетик Глеб Шумятски (Gleb Shumyatsky), руководитель группы исследователей, открывших ген страха*. Благодаря чувству страха наш организм узнает о том, что во внешнем мире что-то не так. Патологическое бесстрашие нарушает этот «сигнальный» механизм, и человек теряет связь с собственными чувствами.

Но иногда и самые обыкновенные люди ведут себя на удивление бесстрашно. В ситуации угрозы для жизни (своей или близких) даже очень пугливый человек может проявить невиданную храбрость. Антрополог Иосиф Жордания (Joseph Jordania) считает, что в такие моменты мы впадаем в особое состояние, которое он называет «боевым трансом»**. Способность эта появилась благодаря естественному отбору: находясь в трансе, наши предки могли напугать хищника, которого иначе не могли одолеть. Они словно забывали о личной безопасности и действовали в интересах группы.

Мысль о жизни без страха, какой бы заманчивой она ни представлялась, уводит нас от реальности. Ощущая опасность, мы осознаем нашу уязвимость, а значит – можем защитить себя.

Любопытство! поэтому вы тут?