Что есть в литературе о пьянстве и алкоголизме ?

Светила луна цвета старого виски,
Мы пили кагор цвета южных ночей,
И вдруг мне сказала одна журналистка:
— Вы столько поёте о пьянстве. Зачем?

Ах, леди, я стар, мне лукавить негоже,
Скажу напрямик — нету смысла трезветь!
Мы можем не петь, но не пить мы не можем,
А уж если мы пьём, отчего бы не спеть?

И буду уж тем я любезен народу,
Что милость призвал к босоте,
Ко всем, кто свою защищает свободу
В боях на семейном фронте.

Чтоб крепла моя держава,
В законе должна быть строка:
«Мужчина имеет право
С друзьями попить пивка!»

Ах, леди, оставьте упрёки, укоры,
Не мы слабовольны, а жизнь нелегка!
Я видел, как пьют доктора и шахтёры.
Рискните шахтёру налить молока!

Вы ж нами воспеты, Прекрасная Дама!
Вино при свечах, поцелуй в полутьме...
Наверное, жена и Омара Хайяма
Лупила за пьянку по белой чалме!

Бывает, вернёшься почти что тверёзый,
Ну, может, чуть-чуть неликвидный —
«Ну, здравствуй, родная, я принёс тебе розы...»
«Опять нализался?» – Обидно...

Выпей, не бойся, выпей!
Скажет жена: «Подлец!» –
А ты гордо неси, как вымпел,
Литровый терновый венец.
Трубы горящие,
Так чего ж я робею?
Тварь я дрожащая
Или право имею?

Я знал одного, он не пил даже пиво,
Имел трезвый взгляд, не ходил в кабаки.
На жизнь нашу трезво смотреть – ой, тоскливо...
А этот смотрел. Ну, и помер с тоски.

Ведь пьянство не цель, а движение к цели.
Лишь поиск гармонии — смысл пития.
Ведь пьяный – блаженный, на самом-то деле.
Его любит Бог, не кусает змея.

Мой друг, не был ты ни жлобом, ни сатрапом,
Семью и отечество любишь!
«Сыночек, не пей, а то будешь, как папа!»
«Сынок, не женись – точно будешь!»

Уроки такого типа
С античных времён не впрок,
И новая скажет Ксантиппа:
«Пойду, заварю чаёк!»

Супруга свыше нам дана,
Замена счастию она.
Жизнь идёт,
Мелькают годы за окном,
Как будто станции метро.
Кайф не тот,
В пивных – салфетки и цветы,
Их переделали в бистро.
Старина,
А в волосах-то седина...
Старина,
А жизнь-то, чёрт возьми, одна.
Но хороша!

Храни нас, Господь, вывози нас, кривая!
Всё мелочь и тлен, трын-трава и полынь!
Философ Декарт говорил, наливая:
«Я пью, значит, я существую.» Аминь.

Я песню допел, и не надо дискуссий,
Всё стынет, давно уж налито.
Так выпьем же, братцы, и смачно закусим,
Приятного вам гепатита!
Так, выпьем же, братцы, и смачно закусим,
Приятного всем гепатита!

Самое основополагающее (в силу того, что раньше всех написано - 16 век) - "Повесть о бражнике, како вниде в рай". Читайте, поучайтесь:

http://librebook.ru/povest_o_brajnike_kako_vnide_v_rai/vol1/1

Венедикт Ерофеев - Москва - Петушки
именно на эту тему

И немедленно выпил! В. Ерофеев
И Иртеньев:
Просыпаюсь с бодуна,
Денег нету ни хрена.
Отвалилась печень,
Пересохло в горле,
Похмелиться нечем,
Документы сперли,
Глаз заплыл,
Пиджак в пыли,
Под кроватью брюки.
До чего же довели
Коммунисты-суки!

Ах, какие звезды это сказка
Борис Рыжий

Ах, какие звезды — это сказка —
и снежок,
«Мне нужна твоя земная ласка,
а не бог».

Я угрюм, но хорошо нам вместе —
ты легка.
Спустимся в подвальчик: «Чай и двести
коньяка».

Отхлебну, не поперхнувшись взглядом.
Дрожь пройдет.
Мне плевать, какая мерзость рядом
ест и пьет.

Плюнь и ты. Садись как можно ближе.
Не вини.
Мне всегда хотелось быть таким же,
как они.

В шлюхе видеть шлюху. в пьянстве — радость.
«Дай мне ру…»
Выйдем, постоим с тобою малость
на ветру.

Все для них, и звезды. «Знаешь, страшно
жить и петь.
Только ты, мой друг, ведь ты не дашь мне
умереть?»

"Они, - говорит, - необразованные люди, думают, что это легко такую обязанность несть, чтобы вечно пить и рюмкою закусывать? Это очень трудное, братец, призвание и для многих даже совсем невозможное: но я свою натуру приучил, потому что вижу, что свое дело надо отбыть, и несу".
"Зачем же, - рассуждаю, - этой привычке так уж усердствовать? Ты ее брось".
"Бросить? - отвечает, - А-га, нет, братец, мне этого бросить невозможно".
"Почему же, - говорю, - нельзя? "
"А нельзя, - отвечает, - по двум причинам: во-первых, потому что я, не напившись вина, никак в кровать не попаду, а все буду ходить; а во-вторых, самое главное, что мне этого мои христианские чувства не позволяют".
"Что же, мол, это такое? Что ты в кровать не попадешь, это понятно, потому что все пить ищешь; но чтобы христианские чувства тебе не позволяли этакую вредную пакость бросить, этому я верить не хочу".
"Да, вот ты, - отвечает, - не хочешь этому верить... Так и все говорят... А что, как ты полагаешь, если я эту привычку пьянствовать брошу, а кто-нибудь ее поднимет да возьмет: рад ли он этому будет или нет? "
" Спаси, мол, господи! Нет, я думаю, не обрадуется".
"А -га! - говорит. - Вот то-то и есть, а если уже это так надо, чтобы я страдал, так вы уважайте меня, по крайней мере, за это, и вели мне еще графин водки подать! "

"Ботинки, полные горячей водки" -там сплошь горячительное)
А из нетленки -90% рубаи (не уверена, что можно склонять)))) Омара Хайяма

Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.
А. Блок

Сыпь, гармоника. Скука... Скука...
Гармонист пальцы льет волной.
Пей со мною, паршивая сука,
Пей со мной.
С. Есенин

В. Высоцкий
Милицейский протокол
Сказать по-нашему, мы выпили немного,
Не вру, ей-Богу, скажи, Серега!
И если б водку гнать не из опилок,
То что б нам было с пять бутылок.

Вторую пили близ прилавка в закуточке,
Но это были еще цветочки,
Потом в скверу, где детские грибочки,
Потом... Не помню, дошел до точки.

Еще б, я пил из горлышка с устатку и не емши,
Но я, как стекло был, то есть, остекленевший.
Ну а когда коляска подкатила,
Тогда в нас было семьсот на рыло.

Мы, правда, третьего насильно затащили,
Но тут промашка - переборщили.
А что очки товарищу разбили,
Так то портвейном усугубили.

Товарищ первый нам сказал, что, мол, уймитесь,
Что не буяньте, что разойдитесь.
Ну "разойтись" я сразу согласился -
И разошелся, и расходился.

Но если я кого ругал, карайте строго,
Но это вряд ли, скажи, Серега!
А что упал - так то от помутненья,
Орал не с горя, от отупенья.

Теперь позвольте пару слов без протокола.
Чему нас учит семья и школа?
Что жизнь сама таких накажет строго, (правильно?)
Тут мы согласны, скажи, Серега!

Вот он проснется и, конечно, скажет,
Пусть жизнь осудит, пусть жизнь накажет.
Так отпустите, вам же легче будет.
Ну, что вам возиться, коль жизнь осудит.

Вы не глядите, что Сережа все кивает.
Он соображает, все понимает,
А что молчит, так это от волненья,
От осознанья и просветленья.

Не запирайте, люди, плачут дома детки,
Ему же в Химки, а мне в Медведки...
А, все равно: Автобусы не ходят,
Метро закрыто, в такси не содят.

Приятно все ж таки, что нас тут уважают,
Гляди, подвозят, Серега, гляди, сажают.
Разбудит утром не петух, прокукарекав,
Сержант поднимет, как человеков.

Нас чуть не с музыкой проводят, как проспимся.
Я рубль заначил, слышь, Сергей, давай опохмелимся.
И все же, брат, трудна у нас дорога!
Эх, бедолага, ну спи, Серега.

И еще много у него.

Г. Горбовский
Фонарики

Когда качаются фонарики ночные
и тёмной улицей опасно вам ходить,
я из пивной иду,
я никого не жду,
я никого уже не в силах полюбить.

Мне дева ноги целовала, как шальная,
одна вдова со мной пропила отчий дом!
Ах, мой нахальный смех
всегда имел успех,
и моя юность пролетела кувырком!

Сижу на нарах, как король на именинах,
и пайку серого мечтаю получить.
Гляжу, как кот в окно,
теперь мне всё равно!
Я раньше всех готов свой факел потушить.

Когда качаются фонарики ночные
и чёрный кот бежит по улице, как чёрт,
я из пивной иду,
я никого не жду,
я навсегда побил свой жизненный рекорд!

И у него еще тоже много на "родную" тему. И еще много у кого...

А вот не угодно ли. Самая что ни на есть современная литература:

Борис Булатов
Арсений Платт

Умирают с похмелья Фениксы...

Опьяняя высоким градусом,
Ты под вечер вошла в мой дом.
Ночью будет светло и радостно…
И пускай хоть потоп потом!

Страсть кипела струёю пенистой,
Мир прекрасен, а смерти нет...
Умирают с похмелья Фениксы,
Если нет на бухло монет.

Сатанея от муки утренней,
Невозможно не вспомнить мать.
Умирать от похмелья муторно...
Лучше в лавку гонца послать.

Не осилить дорогу топкую,
И в трясину уйдут следы…
Лучше выйти росистой тропкою
И испить ключевой воды.

Не оформишь ручей в излучину,
Не удержишь луну в горсти...
Помолиться бы Богу лучше бы
И предавших тебя простить.

Снова дождь, холодает к вечеру,
А в Одессе засел грузин,
Жизнь нескучная обеспечена…
Но пора бы и в магазин.

Опоздал почти на полвека я,
Ждать устала меня Ассоль.
За таблеткой в аптеку сбегаю,
И на время утихнет боль.

Довлатов и Фадеев бухали

О, великое множество! Только один пример (а внутри там - ссылки на сотни литературных текстов):

А. Ястребов
Праздник безумства: Дионис и Мельпомена
Серия: Литературный атлас страстей
ISBN: 5-7784-0112-4
Издательство: Аграф
Год издания: 2000
Страниц: 544

Эту книгу с интересом прочтут те, кто не утратил меры в любви к удовольствиям, кто честен по отношению к себе и окружающим. Перед автором стояла серьёзная и ответственная задача: рассказать о том, как вино из дара природы превращается в заурядный факт опошлённой повседневности, как вдохновение обретает карикатурные черты пессимизма и обречённости, а безотчётная порывистость праздника сменяется яростным безумием. Уважительно и деликатно, без навязчивого морализаторства и ханжества автор излагает историю отношений литературы к вину. В книге показано, как вино зачастую становится одним из источников исповеди литературных персонажей: не будь герои пьяны, трагедия их существования осталась бы погребённой под обломками чувств, так и не нашедших слов. Не менее важной темой книги становится изображение трагедии актера, часто невоздержанного в общении с горячительными напитками. И причины здесь не только в слабости человека или сложности жизни, но в самой сути великого таинства сценического...

Я желал бы помереть
не в своей квартире,
а за кружкою вина
где-нибудь в трактире.
Ангелочки надо мной
забренчат на лире:
"Славно этот человек
прожил в грешном мире!

Простодушная овца
из людского стада,
он с достоинством почил
средь хмельного чада.
Но бродяг и выпивох
ждет в раю награда,
ну, а трезвенников пусть
гложат муки ада!

Пусть у дьявола в когтях
корчатся на пытке
те, кто злобно отвергал
крепкие напитки!
Но у Господа зато
есть вино в избытке
для пропивших в кабаках
все свои пожитки! "

Ах, винишко, эх, винцо,
vinum, vini, vino!..
Ты сильно, как богатырь,
как дитя, невинно!
Да прославится Господь,
сотворивший вина,
повелевший пить до дна -
не до половины!

Вольно, весело я шел
по земным просторам,
кабаки предпочитал
храмам и соборам,
и за то в мой смертный час,
с увлажненным взором:
"Со святыми упокой! " -
гряньте дружным хором!