Юлия, Согласен. детство большое, но нужен твой вопрос или мой. Я задам вопрос : Детство в начале? Может вспомнишь, ответишь. а там я найду.

Пришёл я с армии. Взялся за учёбу, так как нужно было нагонять упущенное. С друзьями дороги разошлись. Встречались изредка, выпивали, но такой дружбы, как до армии, уже не было. Цели в жизни у всех кардинально поменялись. Одни спивались, другие сидели в зоне или катились по наклонной вниз. Такая жизнь, какой я жил до армии ушла в прошлое. Но изменить свой характер на 180 градусов, я, естественно, не мог. Но, уже старался с бывшими друзьями общаться реже, так как мне было с ними не интересно.
Вечером, во время прогулки по городу, зашёл к Светке Дидук. Она проявила не поддельную радость. Повела меня на кухню, там сидели парни и девчонки, знакомых я здесь не увидел. Присел, мне налили вина, стали выпивать. Светка, представила меня присутствующим в лучшем виде. Я по её словам оказался одним из «крутых» парней города. Она специально поднимала мой авторитет, что бы остальные поняли, какие у неё «козырные» друзья.
1 Целый вечер пили, болтали о всякой ерунде. Мне в этой компании было не очень интересно. Потом Светка начала плакать, вспомнила своего младшего брата, который несколько лет назад повесился. Её все стали успокаивать, а она рыдает. Я понял, что ей хочется, что бы её пожалели. Короче, выпивка кончилась, деньги тоже, да и магазины уже были закрыты. Светка всех отправила домой, а я остался.
Дом мой был не далеко, но, что-то лень было идти. Легли со Светкой в постель, она мне рассказала, что родила дочку. С Лавром развелась. Он уехал на Север, оттуда шлёт алименты по 80 рублей в месяц. Это была зарплата воспитателя в детском саду. Мать с отцом забрали дочку к себе и тоже высылали ей каждый месяц 80-100 рублей. Мать работала буфетчицей на вокзале, отец полковник в отставке. Светлана сначала пошла на курсы парикмахеров, потом бросила и жила в своё удовольствие. 4

Утром я встал и понял, что раньше Светка была лучше и интересней. После этой ночи, с ней спать, у меня желания уже не было.

Как много тех с кем можно лечь в постель,
Как мало тех с кем хочется проснуться…

Заходил к ней ещё несколько раз. Опять, как выпьет, рыдания: «Мой Олежек и так далее». Я её на трезвую голову предупредил: «Света. Если ты ещё раз при мне, по пьянке, начнёшь плакать, я тебя в ванну с холодной водой окуну. Ты меня знаешь». Я перед армией, за то, что она меня обманула, нахлестал по щекам.

2 На следующую субботу я опять «наладил лыжи» к Отрезовой. Все были в том же составе. Через некоторое время пришли два парня, где-то моего возраста Гущин Володя и Валера с гитарой. Гитара была уже 6-ти струнная, поэтому я не стал демонстрировать свой блатной репертуар. Гущин жил в центре, но был скромным, домашним парнем. Я старался создать имидж более-менее культурного парня. Мою, до армейскую, распутную жизнь, здесь, пока никто не знал. Валера хорошо исполнял песни Высоцкого, чаще всего он пел:

Дамы, господа, - других не вижу здесь,
Блеск, изыск и общество прелестны!
Сотвори, господь. Хоть пятьдесят Одесс,-
Всё равно в Одессе будет тесно…

Об Одессе все мечтали, но, в то время, из нас никто не был на Чёрном море. Пять дней на поезде до Москвы и потом почти 2-е суток до Одессы – это было очень далеко и дорого по нашим доходам.5

3 Болтали, пели песни - так проходили наши вечера. Всем было весело, а где ещё проводить вечера. Это у нас была, как сейчас говорят молодёжная тусовка. На танцы уже не ходили, если только изредка с кем-нибудь из друзей. Гущин стал ухаживать за Галкой, (и он в последствии женился на ней) я старался общаться и заигрывать со всеми, не давая никому предпочтения. Встречались мы раз-два в неделю.
Как-то я вышел от Отрезовой и Шурочка вместе со мной. Нам идти нужно было в разные стороны. На улице был февраль, довольно холодно, да и ночь на дворе. Шурочка съёжилась и повернула в свою сторону. Я посмотрел на неё, и мне её стало жалко. Догоняю Шурочку и говорю: «Давай я тебя провожу». Она была не против, я обнял её за плечи, что бы ей теплей было, прижал к себе, и мы пошли. Потихоньку добрались до её дома. Поднялись в подъезд погреться. Постояли, я её притянул к себе и поцеловал.
4 Поцеловал просто так, потому, что она была рядом, при этом никакого вдохновения, и ни каких эмоций у меня не возникло.
Просто, раз проводил девушку, надо поцеловать, а потом потрогать титьки, ну до трусов с первого раза не получалось. Да и зима на улице. Она никак не среагировала на поцелуй, но и не сопротивлялась.
Я не знал, что ей сказать, сразу ушёл домой. Иду и думаю, держался, ни кем не увлекался и вот, на тебе, Шурочку поцеловал. Теперь получается, что я за ней должен ухаживать и она моя девушка. Шурочка была маленькая симпатичная, но страсти у меня к ней не появилось. Думаю: «Ладно, как-нибудь разберёмся». 6

Пару раз заглядывал к Светке, у неё всё тот же «шалман». «Шипа» жил уже с ней на правах гражданского мужа.
Изредка появлялся у Галки. Она взрослая женщина, с которой я познакомился в ночь на Рождество в ресторане «Тайга». Иногда заходил к Генке «Сычу», посещали танцы.
5 К Отрезовой не приходил пару недель. В субботу появился, народу было человек 6-7, вижу радостное оживление. Собрали денег, взяли вина, стали пить, Валера пел на гитаре, а мы расселись, кто, где придётся и слушали. Зазвучал звонок. Отрезова заворчала: «Кто там ещё припёрся?» и мне говорит: «Молчанский, иди, открой, если не знакомые, скажи, что меня нет дома».
Это она мне поручала, как самому старшему, Хотя Гущин с Валерой на год были старше меня. Я отвечаю: «Нет, я так не могу, тем более, слышно, что в «хате» много народа, иди сама встречай и говори, что хочешь». Она пошла открывать. И тут заходит комнату интересная, высокая, молодая женщина. Девки все зашумели, вскочили, приветствуют её. Я понял, что она хорошая знакомая и часто здесь бывала, но, видимо давно уже не появлялась. Мне сказали, что это Лариса, но называли все её Петровна. Она была высокая стройная брюнетка, с приятным, красивым лицом.
6 Лариса мне понравилась, но я не подавал вида. Шурочка тоже здесь была, но она после прихода Петровны, «ушла на задний план». Тут я старался уделять всем равномерное внимание и не выделял никого. Только с Шурочкой старался реже общаться, она ко мне тоже не подходила. Шурочка была хорошо знакома с Ларисой – они были давними приятельницами. А с Галкой Лариса работал в одном дамском зале парикмахерами. Такой компанией мы проводили вечера. 6

Я от Лариски держался на расстоянии и не подходил к ней. Когда стихи читал, то адресовал их всем поочерёдно, но чаще обращал их Лариске. Возможно, она это замечала, но тоже ни каких движений в мою сторону не делала. Лариса потом просит меня ещё, прочесть. Я до армии «заболел» Есениным. А потом мать подарила 2-х томник Василия Фёдорова. Я открыл первый том и увидел седого деревенского старика. Подумал: Ну, куда ему до Есенина, что он мог для меня написать. Но потом, как-то полистал и увидел шикарные стихи, которые мне сразу понравились. Я понял, что я их выучу и пропали девки, которым я их буду читать...
Я подумал и решил прочесть эти, Есенин тогда был мой кумир:
Пой же, пой. На проклятой гитаре
Пальцы пляшут твои вполукруг.
Захлебнуться бы в этом угаре,
Мой последний, единственный друг.

Не гляди на ее запястья
И с плечей ее льющийся шелк.
Я искал в этой женщине счастья,
А нечаянно гибель нашел.


Я не знал, что любовь - зараза,
Я не знал, что любовь - чума.
Подошла и прищуренным глазом
Хулигана свела с ума.

Пой, мой друг. Навевай мне снова
Нашу прежнюю буйную рань.
Пусть целует она другова,
Молодая, красивая дрянь.

Ах, постой. Я ее не ругаю.
Ах, постой. Я ее не кляну.
Дай тебе про себя я сыграю
Под басовую эту струну.
Льется дней моих розовый купол.
В сердце снов золотых сума.
Много девушек я перещупал,
Много женщин в углу прижимал.

Да! есть горькая правда земли,
Подсмотрел я ребяческим оком:
Лижут в очередь кобели
Истекающую суку соком.


Так чего ж мне ее ревновать.
Так чего ж мне болеть такому.
Наша жизнь - простыня да кровать.
Наша жизнь - поцелуй да в омут.

Пой же, пой! В роковом размахе
Этих рук роковая беда.
Только знаешь, пошли их на хер...
Не умру я, мой друг, никогда. 8