У бумеранга есть свой закон?))

)))..ты как наставишь на путь истинный, аж страшно становится))))

не делай зла ! оно непременно тебя настигнет , запущенным твоим -же бумерангом !

да знаю я))не пугай))пуганная)))

да нет , я не пугаю , люди делают зло , но оно почему-то к ним не возвращается ! парадокс !!!!

возвращается, только уже их детям!!!...подумай и может вспомнишь пару историй

читай ! Александра Петровна пришла в этот день на работу не одна. Она вела за руку глазастую девчушку с косичками. — О, какие люди! — улыбаясь, восклицали сотрудники. — Дочка? А как звать нашу гостью? — Алина, — деловито отвечала девчушка. — Внучка, — горделиво поясняла Александра Петровна. — В садике карантин. Она тихая, посидит в сторонке, порисует, мешать не будет. Она и читать уже умеет, даже не по складам! И книжку почитает. Она послушная у нас. Алинка уже выводила какие-то узоры в альбомчике, заняв своё место за столиком в самом уголке заводской столовой, где Александра Петровна работала на раздаче блюд… Так и прорисовала до самого обеденного перерыва… — Наливай-ка мне, Петровна, борща, да погуще! — командовал Костик, молодой рабочий лет двадцати, что называется, первый парень на деревне, один из самых видных заводских женихов. — Мясо-то в битках — есть? — Обижаешь, Костенька! Биточки — первоклассные! Вон, даже внучу только что ими кормила. Подливки? И тут к Петровне подбежала восторженная Алинка, протягивая альбомный листок: — Бабуль! А я тебя нарисовала! Смотри! — Ай молодец! — похвалила Александра Петровна. — Только не мешай бабе работать, иди-ка вон книжку почитай, милая. Костик, привыкший заигрывать со всеми подряд молодыми девицами предприятия, почему-то был не очень рад видеть на раздаче женщину, годящуюся ему в матери. — Что, бабуля, да? — съязвил Костик. — Так чего ж на пенсию не идёшь, Петровна? Молодым везде у нас дорога! Ну, а тебе, значится, — почёт! — Да что ж ты такое говоришь, милок! — отвечала как-то резко побледневшая Петровна. — Далеко мне ещё до пенсии, на неё заработать надо. Иди, кушай, вот твой поднос. Не задерживай очередь. … С тех пор Костик не упускал возможности поддеть Петровну на тему ухода на пенсию. — Так что, бабуля, когда на пенсию пойдёшь? Наработалась уже поди! У Александры Петровны, Шурочки, как называли её все в коллективе, мутилось в глазах от таких слов, ноги подкашивались, а руки начинали дрожать. — Ну вот, и компот уже мимо стакана льёшь! Говорю ж тебе, Петровна, — на пенсию тебе пора! Почему всё никак не выйдешь? — Да не пора ж ещё… — тихо отвечала Александра Петровна дрожащим от слёз голосом. Казалось, она стареет от одних этих слов. — Ну чего пристал-то, ирод! — вдруг вмешалась напарница Петровны, Валентина. — Ещё неизвестно, кто из вас раньше на пенсию выйдёт! Костик громко рассмеялся, обнажив ровные белые зубы: — Да ты, Валька, никак, ополоумела? Я ж парень в соку, у меня, можно, сказать, вся жизнь впереди! Ну ты даёшь, баба-дура! И тебе сюда замену найдём, да помоложе, да покрасивше! … Так продолжалось несколько месяцев. Петровна уже, завидев Костика издали, старалась спрятаться, а вместо себя выставляла на раздачу Валентину. Но потом Костик как-то неожиданно пропал. «Уволился, наверно!» — с облегчением подумала Петровна. А ещё через пару месяцев в семье Александры Петровны случилась беда. Племянник Сашка, сын сестры Марии, попал в ДТП. Бог миловал от серьёзных травм, но парень надолго угодил в больницу. Как только он пошёл на поправку, его перевели в обычную палату и разрешили посещения родственников. Петровна торопилась к любимому племяннику с полной авоськой вкусной снеди и благодарила Бога за то, что Сашка отделался лёгким испугом. Каково же было удивление Петровны, когда на соседней койке в сашкиной палате она увидела… Костика. Петровна резко побледнела. Авоська выпала из её рук. Но Костик спал, и, похоже, крепко. — Что с ним? — Лежачий наш. Бедный парень. Травма позвоночника. Не встанет уже с койки. — Господи! Как же он ходить-то теперь будет, болезный? Нешто на костылях? — А никак, Шуруня. Только на коляске. Не сможет он теперь сам ходить-то, бедолага. Теперь он инвалид на всю жизнь. — А врачи-то, врачи что говорят? — То и говорят. Жалко парня. Совсем молодой… Сердце Петровны сжалось от жалости к неразумному молодому человеку, слёзы сами потекли из глаз. — Что с тобой, Шурунь? Ты его знаешь? — Да… Работали вместе… — Всё, отработался бедняга. На пенсию теперь пойдёт. … Канун Пасхи. Петровна, освятив куличи, выходила из храма. Её внимание привлёк седовласый мужчина — инвалид-колясочник, просивший Христа ради. Поравнявшись с ним, Петровна узнала его. — Костенька, ты ли? — Петровна… Прости меня, окаянного… Прости… По изборождённому глубокими морщинами лицу Костика потекли слёзы. — Давно простила, Костенька, — отвечала Петровна, давясь слезами, — да и обиды на тебя не держала никогда, молодо-зелено… Ты это… на вот, возьми! Петровна выгребла всё содержимое своего кошелька и выложила в костикину шапку… — И куличик вот… покушай, сынок… Прихожане, выходя из храма, удивлённо смотрели на странную пару — седой инвалид и женщина на вид лет около сорока, обнимающая его за плечи… сидящие рядом и утирающие слёзы…

он молодой был и то что он говорил не такое уж страшное зло, а скорее бахвальство, а наказание очень уж...

нет, при возврате падает маслом вниз

видела такие бумеранги? )))))

такие сказочные бутики))не видела, тема знакома)))

Да, правильно брошенный муж вернется обратно бумерангом.