Иногда в своей лексике, привезённой с далёкого Севера, я использую словечки, понятные только морякам. 4 десятка лет прошло, как я вышел за ворота 4-ой эскадры в городе Полярный, но иногда всё таки проскакивают слова и понятия, несовместимые с гражданской жизнью. Клюз, леер, баночка, мартышка... ну камбуз и гальюн - это более или менее привычные слова. Кстати, койка - это не топчан с пружинным матрасом, где нибудь в чулане, как память о дедушкином советском прошлом, а спальное место на корабле. Как то попросил подругу(давно это было)принести с кухни баночку, что бы вкрутить лапочку, так она и , в натуре, приволокла банку. А баночка - это сидячее место в шлюпке, в данном случае табурет! Со мной до смерти, наверно, это останется и опускаясь в могилу, скомандую :"Срочное погружение"?