Каждый, кто сделал тебе больно — покойник
Укрою тебя пледом, посажу на подоконник
Залезу под свитер, в самое сердце
Ты — холодный Питер, но в тебе можно согреться...

Капельки прохладные утренней росы,
на зелёный бархат жЕмчугом легли.
Лёгкие прозрачные словно лепестки,
крылья нежных бабочек пёстрые цветы.

Шустрые кузнечики брюшками звеня,
пили капли сладкие с мятного листа.
Солнце, раскалённое в небе голубом,
белым шаром плавилось, навевая сон.

Жар земли струился тёплым ветерком
и дрожало марево над большим селом.
Духота бедой давила синевою за рекой
и к обеду луг укрыло тенью тучи грозовой.

И река покрылась рябью, зашумела камышом,
пыль взлетела на дороге серым крученым столбом.
А в деревне из окошек тюль рвалась на небеса,
гром ударил басовито, да же дрогнула земля.

Разлетелись куры дуры, закричали петухи,
в страхе бабы разбежались от колодца во дворы.
Вновь сверкнуло в тёмном чреве, и упали на село,
холод космоса, от града, с голубиное яйцо…

Я скажу тебе тихо так, чтоб не услышали львы,
ибо знаю их норов, над обсидианом Невы.
Ибо шпиль-перописец выводит на небе “прощай”,
я скажу тебе нежно, мой ангел, шепну невзначай.
Все темней и темней и страшней и прохладней вокруг.
И туда, где теплей, — скоро статуи двинут на юг.
Потому и скажу, что мы вместе останемся здесь:
вся останешься ты, и твой спутник встревоженный — весь.
Они грузно пройдут, на снегу оставляя следы,
мимо нас навсегда, покидая фасады, сады.
Они жутко пройдут, наши смертные лица презрев.
Снисходительней будь, не к лицу нам, любимая, гнев.
Мы проводим их молча и после не вымолвим слов,
ибо с ними уйдет наше счастье и наша любовь.
Отвернемся, заплачем, махнув им холодной рукой
в Ленинграде — скажу — в Петербурге над черной рекой

Бог проявляет милость к тому, кого Сам избирает для милости Своей, и ожесточает тех, кого Сам выбирает для этого. Вы, может быть, скажете мне: «Если Бог руководит нашими поступками, то почему же, в таком случае, Он винит нас? Кто станет противиться воле Его?» Да, но кто же ты, человек, чтобы задавать такие вопросы Богу?

Ваши стихи напомнили мне одну трагедию. Вы знаете - кто такие - САМОВАРЫ? - Это инвалиды Великой Отечественной, лишившиеся на войне рук и ног. Жёны, принявшие их обратно, уходя на работу, ставили их на подоконник.

Счастье моё, доставай свой старый путеводитель.
Я знаю город любви не Париж, а дождливый Питер.
Счастье моё, раскрывай свои координаты.
Я знаю там где любовь - лучшие в мире закаты.

!!! Было дело... Прилетел в СПб на четыре дня... Влюбились... Четыре как большая Жизнь... До сих пор колючка из сердца не удалить не один год... С прадником Петра и Хавроньи!

Люблю уютные города и места. Питер одно из них. Круглосуточный бар в три часа ночи, где кроме сонных официанток никого. Это было круто)

Прочитал и сразу вспомнил эту песню, они по эмоциям близки))

- У Тараканов, нет сердца, нет Души -
- Так между собою рассуждали Вши ....

Холодный Питер, холодный свитер, холодный водка с морской селёдка

Питер - замечательный город, особенно коренные жители!

Хойку.
Упал на нач цеха дымосос,
А нехуй без каски ходить!

По Македонски чаяпитие???.... В 2 весла чизкейк хомячит......

А Вам что больше нравится в этой песне слова или музыка?

Ой ё так ,тебе только на Урале скажут

коньяк на безалкогольной свадьбе)?

Питер прохладный, но тёплый город

Да, холодный Питер может согреть..

Грейся. Разрешаю. Но я не Питер

Мудрая женщина... всё сможет!!!