Какая узкая и твёрдая скамья.
Досада гложет: почему я не судья?!
Двенадцать лет в Стране Волшебной партизанил.
Теперь здесь требуют каких-то показаний.
Зачем я дважды пересёк, дурак, границу?
Уй! Засадил, кажись, занозу в ягодицу!
— Что? Доказательства? Они, конечно, есть!
Я расскажу, как было дело, Ваша Честь.
Наверно, зря тогда, по правде говоря,
Я взял ещё одну бутылку «вискаря».
Решил смотаться на своём воздушном шаре
В штат Калифорния, к любовнице Тамаре.
Поднялся вверх, любуясь видами Канзаса,
Так незаметно, Ваша Честь, и нализался!
Проснулся утром – и не понял ни хрена!
Но догадался: незнакомая страна.
Канада? Вряд ли. Может, Мексика? Да, ну!
Поближе к делу? Понимаю. Про страну:
Населена, смешно признаться, жевунами,
Такие чокнутые лохи, между нами!
А у меня ни документов, ни прописки,
Полбанки «Виски» и в кармане две сосиски.
Пришлось соврать, что я волшебник злой и маг.
И мне поверили! Представьте! Без бумаг!
Заехал в замок, что заброшен был давно,
Ремонтик сделал, разве мало жевунов?!
И не вдаваясь сильно в делопроизводство,
Установил авторитарное господство.
А вот с промышленностью было очень слабо.
Пришлось настойку гнать из сока баобаба.
Понапивались, стали драться, дурачки.
У всех фингалы! Дал зелёные очки.
А к ним, на пальмовом листе, издал указ:
Кто снимет эти окуляры – сразу в глаз!
И Город, следуя моим решеньям чудным,
Стал называться, догадайтесь…Изумрудным!
Так незаметно я и прожил это лето.
И вдруг компания: один из «Вторчермета»,
Другой ворон пугал на фермерских полях,
А третий прятался всё время в ковылях.
…Сейчас бы «Виски» влить стаканчик да поесть…
Да-да, конечно, я продолжу, Ваша Честь!
Собачка с ними и девчонка, имя – Элли:
— Ой, помогите!
— Да, вы что? Офонарели?!
Чтоб я, Великий и Ужасный шёл навстречу?
А кто поможет скоротать мне этот вечер?!
Устал взирать на тупорылых жевунов!
Сними-ка, Пугало, репейник со штанов!
Сейчас луна взойдёт и будет всем светло.
Эй! Из кого там на пол масло потекло?! —
(Неплохо будет, коль с утра подыщут гости
Для Злой Волшебницы местечко на погосте.)
Они остались. Я открыл с настойкой флягу.
Играли в покер, в «камень, ножницы, бумагу»
Нет, не на деньги, Ваша Честь, на щелбаны.
Страшила плакал. Дровосеку хоть бы хны!
Отбил весь палец об его железный лоб,
А утром компас дал, вернее было чтоб.
Чуть не погибли Железякин и Страшила,
Но ту бабёнку Элли всё же замочила!
И у Волшебницы крутой нашлись изъяны,
А как на бреющем летали обезъяны!
Нутро страшилино опилком я набил,
До них, с соломой-то, дебилом был дебил!
А Дровосеку я из алых труселей
Сердечко сшил: «Носи, Стальной, и не жалей!»
Царю зверей дал баобабовой настойки.
Теперь он храбрый, забиякистый и бойкий!
Хотел махнуть обратно с Элли до Канзаса,
Но та за псом рванула, шар и отвязался.
И вот я здесь, чтоб снова Родину обресть!
Так не судите слишком строго, Ваша Честь!
⇢ 
