Предстал, сойдя с икон.
Его, как вора, под конвоем,
Стражники ввели.
Пытали, но согнуться до земли
Заставить не смогли.
Потом его вели на смерть как на
парад,
И он мне бросил лишь один
печальный взгляд,
Один прощальный взгляд.
В нем я прочел лишь состраданье и
немой укор,
Как будто слали мне, а не ему
Проклятья и позор.
