Почему когда убивают (заслуженно) уголовника- Россия чуть не флаги приспускает- вся страна смотрит, как хоронят урку. А когда умер Бродский и где, мало кто вообще слышал из СМИ.

мне так думается, что рыба гниёт с головы) как хлынула вся грязь во власть, так и началось..

Да уж))Если даже Медвепут себе позволяет жаргон прилюдно..

я за него жестопочти 7000уеко пострадал в другом проекте- на

Юр, перепиши сообщение...Ничего не понятно и не до конца написано...

на 7000 бакинских налетел изза него)))Перса заблочили

недавно, да какая разница..

Ты не прогони, но я не понимаю, что значит перса заблочили?

так и вопрос больше риторический))Глас вопиющего)

ААААА да, помню......... Но мне кажется, громко было только по тому, что бы все знали, какого деспота не стало и то что одним УРОДОМ стало меньше и общество чище.

а ещё уголвник- на днях узнал- какой то Хасан или Мазан..

А это правая рука Япончика был ( Хасан)...... Прям сердце радуется что кто то этих КОЗЛОВ убирает.......

зачем так оскорблять животных?

животные то причём?))Козлы весьма сообразительные и в принципе незлые)

а вот это похоже на правду!

=))

=))

а вот еще,актуально сейчас-я обожаю палангу. Вот само его стихотворение:Коньяк в графине - цвета янтаря, что, в общем, для Литвы симптоматично. Коньяк вас превращает в бунтаря. Что не практично. Да, но романтично. Он сильно обрубает якоря всему, что неподвижно и статично. Конец сезона. Столики вверх дном. Ликуют белки, шишками насытясь. Храпит в буфете русский агроном, как свыкшийся с распутицею витязь. Фонтан журчит, и где-то за окном милуются Юрате и Каститис. Пустые пляжи чайками живут. На солнце сохнут пестрые кабины. За дюнами транзисторы ревут и кашляют курляндские камины. Каштаны в лужах сморщенных плывут почти как гальванические мины. К чему вся метрополия глуха, то в дюжине провинций переняли. Поет апостол рачьего стиха в своем невразумительном журнале. И слепок первородного греха свой образ тиражирует в канале. Страна, эпоха - плюнь и разотри! На волнах пляшет пограничный катер. Когда часы показывают "три", слышны, хоть заплыви за дебаркадер, колокола костела. А внутри на муки Сына смотрит Богоматерь. И если жить той жизнью, где пути действительно расходятся, где фланги, бесстыдно обнажаясь до кости, заводят разговор о бумеранге, то в мире места лучше не найти осенней, всеми брошенной Паланги. Ни русских, ни евреев. Через весь огромный пляж двухлетний археолог, ушедший в свою собственную спесь, бредет, зажав фаянсовый осколок. И если сердце разорвется здесь, то по-литовски писанный некролог не превзойдет наклейки с коробка, где брякают оставшиеся спички. И солнце, наподобье колобка, зайдет, на удивление синичке на миг за кучевые облака для траура, а может, по привычке. Лишь море будет рокотать, скорбя безлично - как бывает у артистов. Паланга будет, кашляя, сопя, прислушиваться к ветру, что неистов, и молча пропускать через себя республиканских велосипедистов.

=))

понятно=))