Попса дробит шрапнелью наши души, Ее за это не привлечь к суду. Часть поколенья выросла на чуши, И новое рождается в бреду… О, Солнышко лесное, чудо-песня! Как мы в неволе пели, чудаки! Пришла свобода, стали интересней Писклявые уродцы-пошляки… Слова — ничто, есть вопли вырожденья. Тот знаменит, кто больше нездоров. Кто выйдет петь без всякого стесненья, Без совести, без страха, без штанов. Где песня, чтобы спеть ее хотелось? Слова — где, чтоб вовеки не забыть? Ну, что горланить про кусочек тела, Который с кем-то очень хочет жить? С телеэкрана, как из ресторана, Для пущей важности прибавив хрипотцы Они пудами сыплют соль на раны, Как на капусту или огурцы. В халатике бесполая фигура Запела, оголившись без причин… Противно это. Спой нам, Юра, О женской теплоте и мужестве мужчин. Валентин Иосифович Гафт "Юрию Визбору"