1. Слезой сотру грехи свои и ваши,
Никто не станет вновь в аду,
Кричать о том, что было нашим:

Слеза падет на эти рельсы,
Я покачаю головой,
Меня несут в гробу,
И если б,
Предвидели тот мой уход,

Теперь в печали засыпая,
И от того потерян мир,
Что позабыли, что в начале,
Я был помощником – лишь тир,

А то лишь тир,
В воспоминаньях,
И палками меня браня,
Теперь они не понимают,
Как мог терпеть такое я, ...

Вдруг устанет душа… Может быть, от безлюдья.
Может быть, от того, что нет мира в душЕ…
Но, как вороны, тут же слетаются судьи
И кружат над душою в лихом кураже.
Этим судьям неведомы страх и сомненья,
Боль чужая им кажется легче своей.
И, как будто не будут подвергнуты тленью,
Они судят других с равнодушьем зверей.
Беспощаден их суд: он не терпит ошибок,
Не прощает грехов и не верит слезам.
На их лицах изгиб лицемерных улыбок
Выдается в комплекте к холодным глазам.
Только им невдомек: не земной суд — Небесный-
Обретает душа с поминальной кутьёй.
И я тихо молюсь, путь свершая свой грешный:
Дай мне, Боже, не стать беспощадным судьёй.