Всего страшней - не Божий гнев,
Не черепки судьбы разбитой.
Страшней всего - когда один,
Идёшь ты, Богом позабытый.
Когда гордыней ослеплён,
К тебе протянутую руку -
Отверг, не ведая ещё,
Богооставленности муку.
И осознания того,
Что ты не значишь ничего,
Как не родившаяся птица,
Как непроросшее зерно.
Что ты - не вечности частица,
Что ты - не промысел Его.